Боярин Осетровский

- То есть, Клава вовсе не благодарит тебя за то, что ты сделал ее своей крестовой сестрой и дал доступ к Источнику? Виешенька, у меня к тебе вопросики!

- Э… - я поначалу завис, пытаясь понять, как она смогла так точно определить, что тут у нас происходит. А потом понял, - И давно ты тут стоишь?

- С того мгновения, в котором ты с ножом в руке принуждаешь бедную девочку.

- Я сопротивлялась! – пискнула из-за моей спины Клава. Или хихикнула. Судя по очень-очень серьезному лицу, которое я увидел, когда оглянулся – хихикнула.

- Слышала я, как ты сопротивлялась! Предлагала моему Викешеньке сходить к тетке! Почему не ко мне?! Я, по-твоему, что – тоже неумелая? Да я такое умею!!!

Какое?!

- Какое? – с интересом спросила Клава.

- Такое! – Аглашка показала язык. То ли дразнясь, то ли намекая на что-то… - Только тебе такое знать еще рано, «молодая и неумелая девушка»! Пойдем, Викешенька!

И меня схватили за руку и потащили. Куда-то.

На пороге спальни я остановился и уперся.

- Аглашенька, ты… что?

- Внутрь! – меня с недевичьей силой втолкнули внутрь и закрыли дверь изнутри на засов.

Разрыдалась.

Я подпрыгнул, как ужаленный:

- Что… что… что случилось, Аглашенька?

Она уткнула нос мне в грудь и зарыдала по-новой. Я гладил мою девушку по острым лопаткам, не понимая, что случилось, но чувствуя острую боль в груди - Аглаша плачет.

- Клава тебе правду сказала!!! – прогундосила она где-то между моим четвертым и пятым ребром.

- Какую правду? – насторожился я.

- Я – неумелая! – и слезы опять полились рекой.

Ну вот и что с ней делать? Нет, я знаю, что нужно делать с девушкой! У меня были девушки… а, ну да, я ведь уже признался, что не было… Но все равно – человек, у которого был доступ в Интернет, не может не иметь представления о том, что делают мужчины с женщинами, когда остаются наедине. Но познания эти – чисто теоретические.

Так. Это что получается – я тоже неумелый?

- Я не знаю, - продолжала каяться Аглашка, - как ублажить мужчину Я бесполезнаяааа!!!

- Аглаша, - строго сказал я, - ты что, считаешь, что нужна мне только для ублажения?

Скоморошка замерла. Задумалась.

- Ну… - наконец, решила она, - Для этого ведь тоже.

- Я тебя научу, - твердо пообещал я. Между прочим, обучение у нас потихонечку идет и без того, и Аглашка потихонечку раскрепощается…

Ну вот. Опять рыдания.