Боярин Осетровский

И при этом – намекнуть, что моя благодарность будет иметь пределы. Как там говорится? «Моя благодарность будет безграничной в разумных пределах». Вот, главное – убедиться, что наши представления о разумности совпадают.

***

- На пир? – Дашков откинулся на спинку резного кресла, - В терем Сисеевых?

- В МОЙ терем, - выделил я ключевое слово.

Князь задумчиво посмотрел на меня. Лицо его ничего не выражало, но его сомнения я мог пересказать чуть ли не дословно. Во-первых – я для него выскочка и потомок выскочек, чьему роду и сотни лет нет.

Принимать от меня приглашения… Не то, чтобы ущерб достоинству, но близко, близко к этому. Во-вторых – я его бывший подчиненный и он попросту не может воспринимать меня, как равного. Но, с другой стороны – за меня вступился сам царь государь, и что у него в голове – никто не знает. Не посчитает ли он игнор меня за оскорбление лично ему? И – терем Сисеевых. Место, известное чем-то неизвестным, но смертельно опасным. При этом – я там живу, и приглашаю туда и его. Если он откажется, а другие придут – не будет ли это выглядеть как его личная трусость?

- Кто еще приглашен? – спросил он, наконец, погладив бороду.

- Князь Телятевский… - неторопливо ответил я, остро жалея, что не могу вот так же внушительно погладить бороду. Не растет она у меня, что ее! Вернее, растет, но такая редкая, что выглядит как у козла. Вон, у Дашкова борода солидная. Солидная в том смысле, что густая и широкая – длинные бородищи, как на картинках в учебнике, здешние бояре не носят, спокойно их стригут, а при желании – и бреют.

Все равно – хочу бороду! Эх!

- Боярин Морозов…

Я бы, конечно, с большим удовольствием пригласил Марфу Васильевну, но увы. При всем здешнем отношении к женщинам, гораздо более свободном, чем в нашей версии истории, представлять род женщина могла, только если была незамужней или вдовой. С другой стороны – она все же могла его представлять…

- Боярин Романов…

Да, тот самый глава Посольского Приказа, которй почему-то решил меня прикончить.

- Боярин Полянский…

Руководитель Приказа тайных дел.

Я долго сомневался, стоит ли его приглашать – с одной стороны решение не пригласить руководителя здешней спецслужбы может быть засчитано им как оскорбление, а с другой – он может принять за оскорбление само приглашение. В конце концов я решил действовать по принципу «Лучше сделать и жалеть, чем не сделать и жалеть».

- Боярин Ровнин…

Глава Чародейного Приказа, начальник тех самых судных дьяков, которые гоняют бесов, ведьм и колдунов.