Наследство Ушедших

С корректировкой возникают сложности, а удалить окончательно – никак. Поэтому, после ряда неприятных для всех участвовавших сторон событий, было принято негласное решение летописи вести на бумаге. Чтобы переписать при изменении политической конъюнктуры было реально. Насколько мне известно, эта практика поддерживается во всех странах мира.

Моё желание учиться сначала у Князя, потом у Синеокого, принципиальных возражений от родни не встретило. Они не понимали, зачем сразу у двух в малом возрасте, но само желание учиться одобряли.

Старшие были бы недовольны, окажись я теоретиком, склонным сидеть в уютной светелке, зарывшись в бумаги – здесь очень плохо относятся к тем, кто много говорит и мало делает. Таких считают пустыми людишками. Однако в лес я ходил, на чудищ вместе со всеми охотился, тренировок, пусть и без радости, не избегал, так что претензий ко мне не было.

Известие о том, что я теперь ещё и к Короткому Шагу хожу, вызвало небольшой поток шуточек и не более. Причину все прекрасно понимали и одобряли.

Надо сказать, вся эта история наделала много шума, потому что в массовом сознании мороки ассоциировались с чем-то колдовским, потусторонним, отсюда проявляемый к ним интерес.

Наставником Волк оказался отменным. Объяснял просто, доступно, приводил жизненные примеры, с удовольствием отвечал на вопросы и поощрял их задавать. Когда я после первого занятия подошел к нему и попросил кое-что пояснить (группа из пяти человек училась уже месяц и, естественно, ушла вперед) он не только уделил почти час своего времени, но и записку написал с перечислением тем, которые надо изучить.

Приходил Ждан с двумя сыновьями, прилюдно поклонился и благодарил за спасение. По Правде за ним долгов нет, потому что жизни ни его, ни его домочадцев ничего не угрожало, но чисто по-человечески кузнец чувствовал себя обязанным. Надо полагать, отдариваться будет.

Кое-что удалось узнать про поморочника. Город на самом деле маленький, пусть и считается крупнейшим по местным меркам, люди друг друга знают и путем простых расспросов удалось выяснить, что покойный недавно пришел с обозом из южного города Булаш.

Хозяин обоза клялся и божился, что ничего про него не знает. Купец, скорее всего, врет – слишком уж быстро он собрался и покинул Березов после происшествия – но формально придраться к нему причин нет. Не в ответе он за попутчика.

Помощников поморочника найти тоже не удалось, как сквозь землю провалились.

Из личных новостей – приехал отец.