Кодекс Крови. Книга I

***

Орлы явно не спешили. Если бы тварь не успокоилась, отхватив себе протеже Агаты, то от комаров бы здесь мокрого места не осталось. Автоматы и гранаты были осьминогу, что слону дробина, максимум, немного раздражали. Магические техники тоже особого вреда не причиняли, во всяком случае из дыма продолжали то и дело выныривать огромные щупальца с присосками. Что ж по ней артиллерией отрабатывать? Да и не было этой артиллерии. Ничего не было, кроме двух десятков кланников почти угасшего рода.

Паук приказал не стрелять, когда заметил, как тварь свила кокон из щупальцев и вдруг начала отступать к порталу.

— Вы его даже не попытаетесь отбить? — тихо спросила лекарка из рода Подорожника. — Он же... — она запнулась, не зная, как объяснить внутреннее смятение, — ... как-то умудрился поменять себя на вашего человека.

— Не попытаемся, — отрезал Паук. — Мы и своих не могли спасти. Здесь сейчас действуют законы военного времени, где приоритет спасения отдаётся большей группе гражданских.

Вести людей в самоубийственную атаку Паук не стал, за его спиной было почти три сотни гражданских, а точного подтверждения, что новенький — последний Комарин, не было. Сам себя Паук успокаивал только тем, что если бы новенькому грозила опасность и он был Комариным, то клятва крови их всех уже в бараний рог скрутила бы, требуя спасти главу рода. Так себе оправдание, но другого не было. Подорожница топнула ногой от досады, но не отстала.

— Ой, а там ... — дрогнувшим голосом просипела девушка и спряталась за спину Пауку.

Тому пришлось развернуться на сто восемьдесят градусов, чтобы увидеть появление подкрепления. Комар его знает, что это, но выглядело оно устрашающе даже для повидавших всякого ветеранов разведки. Через деревню бесшумно шли три боевых бронированных машины на гусеничном ходу, с огромными пушками и ощетинившиеся по бокам пулемётами. Калибр пушек внушал священный ужас, там явно под тридцатимиллиметровые снаряды всё заточено.

Запоздало пришёл и следующий вопрос: кто же к ним пожаловал? Ответ на него нашёлся быстро. Стоило откинуться люку, как из стального зверя выскочил наружу сначала комар-посланец, а затем и одно из самых узнаваемых лиц империи — министр обороны, граф Орлов.