Последний наследник Триады. Том I

Не находишь?

— Да, вот только в тихом омуте... ох. В общем, это мой друг, — представил меня парнишка. — Константин Шагайн.

— Марья Сергеевна, Болконская, — представилась она коротким кивком. — Признать честно, Константин, у меня бы и желания не возникло с тобой заговорить, если бы не твоя новая школьная парта, которую ты занимаешь уже который день. Поставить на место одноклассников, которые второй год унижают тебя, да ещё и так нагло, дерзко и... в общем, это похвально.

Я не сдержал улыбки. Всё же есть в этой школе адекватные люди.

— Мы его плохо знали, — безнадёжно вздохнул Кирилл. — Костя не пальцем делан.

— А что самое забавное, — Марья обернулась на Дубрового. — Эти псевдо-крутые парни с нашего класса только и делают, что обливают Константина грязью за его спиной. Но что мы видим на деле? За последние дни я практически ни разу не услышала издёвок над ним в его присутствии.

— Вы довольно проницательны, госпожа Болконская, — хмыкнул я, держа кружку чая в руках.

— Спасибо, — кивнула Марья и слабо улыбнулась.

— Я стараюсь подмечать детали. Поэтому спрошу прямо. Что ты с ними сделал? Как они стали такими послушными? Не в обиду, но уж точно не откупился. Да и сказать, что ты особо силён или опасен тоже нельзя.

Кирилл внезапно гоготнул, а затем прикрыл рукой рот.

— Чего смешного? — удивилась девочка.

— Нет-нет, ничего, — замотал головой парень.

— У меня свои методы, о которых пока вам, Марья, лучше не знать, — сообщил я. — Не тот уровень доверия.

— Резонно, — грустно пожала плечами.

— И можно на «ты», Константин. Ты достоин считать себя равным мне, хотя бы в рамках школы. Не знаю, обидят тебя мои слова или нет, но ещё ни один безродный парень не смог привлечь моё внимание. Такие, как ты, обычно сидят в углу и боятся слово лишнее сказать. Они в обществе элиты чувствуют себя скованно и часто отхватывают без причины.

Я слушал слова девочки, накручивая на вилку лапшу, а затем перевёл глаза на Кирилла.

— У тебя в меру высокомерная, но довольно чуткая и смелая подруга, Кирилл.

В каком-то смысле я даже рад, что в школе есть люди, что смотрят сначала на человека, а затем на его статус.

— Ага, она такая, — вздохнул Дубровый.

— Константин, ты должен понимать, что... быть простушкой для меня — значит, оскорблять собственный род, — призналась она. — Поэтому да, ты прав. Я стараюсь... иногда даже нарочито стараюсь казаться высокомерной в глазах тех, кто уступает по статусу. Но и заметь, что не без причины.

— Разумеется, — согласно кивнул я.