Последний наследник Триады. Том I

Беру в руку первый попавшийся, кладу его на возвышенность и хватаю топор. Взмах — и остриё топора вонзается в пень, деля его на две части.

Старик присел неподалёку, достал сигарету и закурил её, глядя в небо.

— Скажите, господин старейшина, — я вознёс топор над пнём. — Как так получилось, что наша большая семья обосновалась именно здесь? В районе, принадлежащем Княжескому роду Громовых?

Дед сначала замер на секунду, отпустил глаза на меня и весело фыркнул.

— Хм... интересный вопрос, сынок, — выпустил он в воздух облако едкого дыма.

— Чтобы услышать ответ, ты должен сообщить сначала мне, что ты знаешь о родовых землях?

— Это земли, принадлежащие тому или иному роду высшего сословия, — я расколол очередной пень, схватился за другой.

— Это так. Добавлю ещё, что для рода пожалованная земля — высшая степень поощрения, — кивнул он. — Ты же знаешь о том, как рода получают земли?

— Поверхностно, — отозвался я.

— Хорошо, я напомню, — кивнул старик. — Император имеет право передать земли роду в качестве подарка за ту или иную заслугу.

Но даже в этом случае земля остаётся собственностью Императора. Так что же ты хочешь узнать, сынок?

— Земля, на которой живём мы, принадлежит Громовым, но ни Михаил Громов, никто другой из его семьи и не пытается нас выдворить отсюда. Почему? — поинтересовался я. — Можно застроить эти районы, либо поселить здесь людей, занимающихся незаконными делами. Мы же простые бедняки.

— Застраивать район в этих местах после некоторых изменений в мире стало невыгодно, — пожал он плечами.

— Мы не мешаем Громовым, присматриваем за землями, а он в ответ не гонит нас и позволяет здесь жить.

— Присматриваете за землями? — удивился я.

— Да, бездомные не вызывают подозрений. Нам лишь нужно знать, что где происходит и говорить об этом людям Громова. Взамен нас не трогают.

— Тогда почему вы не узнали меня, когда я впервые сел за ваш стол?

— Я тебя узнал, — отозвался он.

Топор завис в воздухе, я обернулся на старейшину.

— И... кто я?

— Послушай, сынок. Порой ради собственной безопасности человеку лучше не знать своего имени, — усмехнулся старейшина. — Быть бездомным всяко лучше, чем убитым.

— Убитым? — задумался я, собирая охапку дров. — Меня готовы убить, если буду высовываться?

— Можно и так сказать, — улыбнулся старик. — И я знаю, что ты хочешь узнать. Безродный ли ты на самом деле. Но... скажу честно, информация эта секретна. Прости.