Вторая жизнь книга третья

Помня температурные скачки при повышении, разделся догола и положив рядом отмытую сферу приступил к медитации. Вновь поток энергии начал стягиваться к неподвижно замершей фигуре, сидящей посреди пещеры в позе лотоса, отстраненно отметил, что духовной энергии в долине испытаний в разы больше чем в том же имении и это отчасти объясняло, почему сильные мира сего не спешат запечатывать такие необычные и опасные места. Возможно что насыщение энергией этот мир и получает как раз из таких мест.

Исток заполнился, но я не прервал поглощение энергии и буквально физически ощутил, как тело начало окончательно исцелять последние травмы, а из пор показалась какая-то хрень цветом и консистенцией очень похожая на нефть или какой-то горюче-смазочный материал.

Запах от этой дряни был острый и неприятный словно от застарелой тряпки провалявшейся в бомжатне месяц другой. Невольно поморщился, и мелькнула мысль, что не так уж и действенна моя способность отражения негативных для организма веществ. Продолжил и выделения из пор стали выделяться активнее. Маслянистые вонючие капли этой дряни перестали выделяться через несколько часов, но от выбросов плещущейся через край энергии под конец эта гадость сползала с тела словно вода со смазанной маслом поверхности. Весь пол вокруг был в этой дряни и лишь пятачок подо мной был чист. Пульсация силы отбросила это вещество прочь. Взял выбранную сферу в руки и окружающий мир отступил под хлынувшей в тело энергией.

Воздух вокруг завибрировал от бешено закружившейся энергии выжигающей все вокруг на несколько метров.

Ноющая и неприятно гуляющая по всему телу боль накрыла с головой, окончательно отрезая восприятие от окружающего мира, и этот накатывающийся словно лавина кошмар накрыл мое сознание с головой. Пришел я в себя мокрый от пота и от прохладного потока воздуха струящегося со стороны заваленного входа. Тело одеревенело, но это было единственное негативное ощущение. С трудом встал и начал разминку, возвращая телу чувствительность и нормальное кровообращение. От тела баюна осталась кучка праха, а напитывая метки на лбу силой увидел в зеркало разноцветный узор двух сплетенных рисунков. Серая голова членистоногой твари и хищная льдисто-зеленая льва. Остальные цвета вплетались в виде переплетающих эти рисунки нитей. По ощущениям исток вырос более чем в два раза, но вникать в детали решил уже добравшись до усадьбы. У меня было стойкое ощущение, что сейчас как минимум уже наступило утро.