Витой посох. Пробуждение

— Амулет Безмолвия?.. — Лицо Лартина вытянулось. — Зачем?..

— Нужно, — буркнул Дарлен.

Принц о чем-то задумался, его глаза сузились, затем он достал из шкатулки амулет и нажал на камень активации. Раздался едва слышный гул, стены кабинета подернулись легкой дымкой. С этого момента подслушать, что здесь говорится, было невозможно. Даже при помощи кристалла Видения. О чем же пойдет речь, раз отец принял такие меры предосторожности?

— Садись, сын, — приказал король, и молодой человек послушно опустился в кресло. — Мы с тобой давно не говорили откровенно, пора заполнить этот пробел.

Со дня твоего совершеннолетия ты занимался в основном делами, интересными лично тебе, не обращая внимания на то, что творится в стране.

— Творится?.. — изумился принц. — Но ведь все тихо...

— О, да! Внешне все тихо и спокойно, но это на поверхности. Ты, наверное, удивлен — привык считать, что я совершенно не интересуюсь государственными делами. И ты прав в чем-то, эта ноша не по мне, она для меня слишком тяжела. Все об этом знают, поэтому меня не боятся — уверены, что я ни на что не годен.

Только не подозревают, что у меня есть кое-какие верные люди, работающие лично на меня, а не на второй аррал. Личные вассалы.

— И что с того? У меня они тоже есть...

— Ты не дослушал, — усмехнулся Дарлен, наливая себе бокал молодого хельдского вина. — Будешь?

— Да, — кивнул Лартин.

Его величество налил еще один бокал и протянул сыну. Тот пригубил и требовательно уставился на отца.

— В последний год мне стало ясно, что Игмалион ждут трудные времена, — продолжил король.

— Несколько заговоров на грани реализации. Один из самых безопасных — дорский. Несмотря на то, что Мертвый Герцог считает иначе. Даже если Дор отделится, это вряд ли сыграет важную роль. Поставить заслон на Илайском перешейке — и никакое войско не прорвется. Беда в другом — в заговоре стихиальных магов. И ректор об этом заговоре не имеет понятия! Или тайно поддерживает. Я не знаю точно, потому и не стал сообщать ему ничего. И начал принимать кое-какие меры. Мне нужна твоя помощь, сын! Больше мне обратиться не к кому. Да ты и сам знаешь.

— А я что?.. — с трудом выдавил из себя принц. — Меня тоже мало кто поддерживает...

— Тут ты ошибаешься, — в глазах короля заплясали смешинки. — Тебя любит армия, а это — более чем важно. Боюсь, что вскоре тебе придется воевать по-настоящему.

— Почему же ты мне раньше ничего не говорил?! — вскочил Лартин.

— Я еще не был уверен, что придется действовать жестко, — отмахнулся Дарлен.