Древние Узы. Пришествие

Архимаг и мейстеры первой степени может, конечно, выжили, ну и Полковник Блат – командир гвардейцев мог уцелеть, он силовик в ранге Витязь, а это значит, что он равен мейстеру по силе. Я читаю в твоих глазах вопрос о себе, Ульме и Сархоне, поясню. Я смог отвести проклятье от себя и тебя, Ульма и Сархон были рядом со мной, когда всё случилось, их не убило сразу, но времени у них мало. Спросишь сколько, отвечу, что не знаю, с таким ранее я не сталкивался, не в одном из своих походов. Но мне пришлось заплатить дорого за наши жизни.

В общем то, как оказалось только за твою.

Айяр откинул полу плаща, скрывавшего его левую руку, она была черной скрюченной и сухой. И полоски этой черноты уже проявились на шее правителя из-за расстегнутого ворота рубахи.

Слезы, накатывавшие на глаза Тиссы на этих словах, все же прорвали плотину, и она зарыдала в голос.

– Папа, папочка, но как же? Ты же говоришь, что Архимаг, наверное, выжил. Отправь Сархона пусть найдет его, он должен тебе помочь, – Сквозь всхлипывания пробормотала Тисса, поднявшись со стула и вновь подавшись к отцу.

Айяр жестом остановил её, с каждым мгновением становилось все заметнее на сколько трудно ему дается каждый вздох, каждая проживаемая секунда – Эту партию в шарго[2] я проиграл, а любой проигрыш правитель должен принимать с достоинством. Вот и я приму. Ты же…

Резкий затяжной кашель прервал речь повелителя, он еще сильнее ссутулился в кресле, хотя казалось, что сильнее уже некуда и черная паутина поднялась уже до уровня глаз.

Все же мужчина смог восстановить дыхание и продолжил – Тиссея – дочка, отправляйся в наш родовой замок в Гальзорге, знаю, что это далеко на севере и не знаю, как обстоят дела в остальной республике, но тебе нужно туда добраться. Это, – Он толкнул по столешнице письмо в ее сторону, – Откроешь, когда прибудешь на место. Сархон и Ульма проводят тебя до туда, до куда смогу. А теперь иди, у тебя мало времени, чтобы покинуть столицу, скоро зашевелятся те, кто давно желал моей и твоей смерти и архимаг, и полковник будут в первых рядах среди этих гиен. Но у меня еще есть чем их удивить.

На этих словах повелитель кивнул Сархону, который как оказалось, уже некоторое время стоял рядом с креслом Тиссы и тот без затей перехватил ее поперек тела и направился прочь из зала.

– Неет! Неет! Папа! Папочка! Неет! – Кричала Тисса и слезы душили ее сильнее чем руки любого убийцы.