Древние Узы. Пришествие

Двигаться по опустевшим трактам при наличии заводных коней было легко и быстро, хоть за дополнительных животин и пришлось выдать приличную гору золота, но время было дороже. Внутренне чувство тревоги подстегивало всех трех монахов, а вот вор был беспечен и бодр, насвистывал веселые мотивчики, будто отправился на прогулку до ближайшего трактира. И вновь картины опустевших хуторов, сел и деревень сменялись полупустыми городами, где жители были запуганы до полусмерти ночными нападениями стрыг. Картина разрухи и упадка в Хойрис была зеркальной копией ситуации в Масха.

Оба материка поглотила смерть, паника и отчаяние. Монахи старались нигде подолгу не задерживаться и сторонились еще не опустевших селений, дабы не привлекать к себе лишнего внимания.

– Да что вы такие кислые всю дорогу, господа хорошие? – Не выдержав гнетущего молчания по время ужина возмутился вор. – Как будто гнилых яблок наелись.

Они двигались уже неделю и до Бернийских врат оставалось всего пара дневных переходов. Правда удастся ли их пройти пока было не известно.

Завал, устроенный там должен был наглухо перекрыть ущелье и пройти можно будет только по тем же путем, как и во время их отступления.

– Впереди сложный переход и неизвестно можем ли мы там пройти, тем более придется бросить, а в лучшем случае продать коней, – Пояснил Аркаис их подавленное настроение.

– Да все это пустяки и мелочи, ­– Беззаботно отмахнулся Ларак. – Все будет так как будет, что попусту переживать. Давайте лучше выпьем!

Вор полез в свою седельную суму и извлек из нее запечатанный глиняный кувшин.

Обычно в таких сосудах продавалось хорошее старое вино, по цене не менее марки за бутылку. Аркаис принял сосуд от вора и прочитав надпись удивленно поднял бровь.

– Старая Вдова – прекрасный выбор для рыночного воришки, – Одобрил он, возвращая бутылку Лараку. – Лучший сорт черного элийского, пожалуй. От такого дара будет неприлично отказываться. Тем более один кувшин на четверых не сделает беды.

– Да-да, и за знакомство и удачную сделку мы так и не выпили.

А как говорили наши старшие, если дело не обмыть, будем за упокой пить, – Подмигнул вор, откупоривая сосуд. – Подставляйте кружки!

Густая фиолетовая ароматно пахнущая жидкость наполнила деревянные, совершенно неподходящие для нее, кружки. Богатый букет содержал в себе, казалось бы, все запахи природы южной провинции. И даже Дилан, не любивший вина с приютских пор, лишь слегка пригубив напиток оценил богатство его вкуса.