Древние Узы. Пришествие

Но у братьев не было возможности оттащить его с поля боя и помочь, оттого он так и лежа посреди сражения. После вторых суток битвы исчадие ада добралось до Эрго и тот тоже упал, смертельно раненный посреди поля битвы. Остался лишь Варго. После еще одних суток битвы именно он нанес смертельную рану Существу. Исчадие бездны рухнуло меж раненных братьев и кровь его смешалась с их кровью. Варго склонился к ним и уже не надеялся, что они выживут, но случилось удивительное, кровь сущности исцелила братьев и они поднялись, как и небыли только что на пороге смерти.

А в ту ночь, когда они убили Варго, случилось их обращение. Сарго превратился в жаждущего крови монстра, не помнящего себя, а Эрго в такую же кровожадную, но бестелесную тварь. Проклятье это было платой за исцеление и жизнь. Второй же частью платы была жизнь Варго.

Есть предположение, что это проклятье двое братьев передали своим старшим сыновьям. И теперь потомки этих сыновей тоже ему подвержены, также, как и их предки, они могут потерять контроль и начать убивать.

Но на ряду с этим они обладают поистине огромной мощью, им доступны навыки, непосильные даже одаренным «девяткам».

Ульрих замолчал и погрузился в собственные мысли, перекатывая чашку чая между ладоней.

– Две недели назад к настоятелю приезжали двое верховых со стороны Садаха, прямо перед отходом ко сну. Я пошел во двор по… по делам и видел, как им открывали ворота, – Проговорил Дилан несмело.

Эти слова вырвали Ульриха из размышлений, и он спросил.

– И о чем же Блурк с ними общался? Ты же слышал, – Скорее сказал, чем спросил священнослужитель.

– Я не слышал всего разговора, – Сказал мальчик. – Но я слышал обрывок. Настоятель говорил приехавшим: … Но это невозможно. Информация о инициируемых уже передана в церковное управление в Садахе, будет разбирательство если мальчишка пропадет на кануне ритуала. Это все что я слышал. Потом ставни в келье настоятеля закрылись. На следующее утро, еще перед утренней молитвой они уехали.

Но настоятель не вышел их проводить и вообще потом три дня не показывался. А когда начал выходить из кельи, то почти ни с кем не общался и был со всеми более резок чем обычно, хотя, казалось бы, куда еще хуже.

– Ну что ж, это многое объясняет, – Сказал Ульрих нахмурившись.

– Простите преподобный, но могу я спросить, что именно? – Поинтересовался Дилан.

– Вчера, когда тебя вышибло из круга и началась суматоха, Блурк как-то незаметно для всех пропал.