Путь королевы

Ой, а ты видела, какие мне сегодня утром амулетики принесли от Лукеена? Смотри, какие красивые, правда?

Девушка достала из-под платья длинную цепочку, на которой висело несколько магических украшений. Старый не подвел – талисманы были что надо. От них издалека веяло сильнейшей магией земли и растений. Не опытный в основах магии чародей запросто мог спутать идущую от них силу с природным волшебством эльфов.

– А еще вот! – Милена протянула руку, на которой красовался магический перстень. – Посмотри, как переливается, просто замечательно.

По черному блестящему камню, вставленному в оправу кольца, змеясь, пробегали крошечные зеленые искорки. Эльфийка порадовалась, что у ее воспитанницы нет магического дара – в неумелых или, наоборот, слишком умелых руках этот амулет мог бы натворить бед.

– Только оно почему-то не снимается. – Девушка активно подергала и повертела перстень.

Эйриэн присмотрелась получше и разглядела на пальце у сестры тоненькую, почти невидимую нитку защитного заклинания.

– Это кольцо прикреплено к тебе, его никто не сможет снять, даже ты, и никто не сможет воспользоваться его магией. Не беспокойся, Лукеен его снимет сегодня вечером, после окончания приема.

Милена облегченно вздохнула:

– Это хорошо. А то я все-таки немного побаиваюсь всех этих магических штук. Мало ли что от них ожидать. Здорово, что Лукеен наложил защитные чары. Я опасалась, что кольцо может кто-нибудь украсть и воспользоваться им.

– Могло бы. Но у нас очень мудрый Старый. Он всегда все предусматривает.

– Ой! – всплеснула руками Милена. – Мне же пора бежать переодеваться, а то не успею. – И чмокнув сестру на прощание, она почти вылетела из библиотеки.

Королева посмотрела ей вслед, подозвала охранников и приказала им под страхом смерти стеречь дверь ото всех, кроме главного и тайного советников, и беспокоить ее только в случае стихийного бедствия. Стражники послушно кивнули и скрестили пики перед дверью.

Эйриэн подошла к столу, подняла крышку сначала с одного блюда, на котором в тарелке лежал омлет с грибами и сыром, потом с другого блюда, в котором обнаружила рассыпное печенье с медом и орехами и поняла, что в мире хотя бы одно остается неизменным – это ее собственный аппетит. Она налила себе в прозрачный хрустальный бокал морса изумительного розовато-сиреневого оттенка и приступила к трапезе.