Железная лея. Храм Диру

Во-первых, если бы он не мог выполнить задуманное, то даже не стал бы предлагать, во-вторых, я не думаю, что вещи действительно на шпиле, в-третьих, он не может позволить себе провалить задание, и в-четвёртых, как я уже сказала, он всё равно это сделает.

Рэн просто лежал и молча слушал разговор без всякого желания комментировать его. Казалось, его не волнует, что о нём думают другие люди.

— Если вы говорите, что он всё равно это сделает, то тогда действительно нет смысла удерживать пациента, которого мы физически не сможем удержать.

— Извините нас, Лем, – сказала Ивона и повернулась к Рэну. – Мы будем ждать вас не позже, чем через два часа, хорошо?

— Как прикажете.

Когда девушка услышала эти слова, то поняла, что могла просто приказать Рэну никуда не ходить, и он бы не смог ослушаться прямого приказа, но также она осознала, что просто не смогла бы приказать ему. Последние месяцы единственное, что она делала, – это подчинялась обстоятельствам, что ей не нравилось и вызывало раздражение.

— Сбор в три часа.

— Слушаюсь.

Маро тут же встал и, будто никогда не терял сознания, пошёл куда-то. Карик предпринял попытку последовать за ним, чтобы проследить, что с ним будет всё в порядке, но Аран удержала его.

— Не надо, ален. Всё равно потеряешь его, а потом заблудишься.

***

Ровно в три часа вся компания, закончив свои дела, собралась в приёмной, а затем отправилась к главным воротам.

Ивона была так обеспокоена состоянием Рэна, что абсолютно не обратила внимания ни на прекрасные здания, выложенные мозаикой, мимо которых они проходили, ни на резные ворота, инкрустированные самоцветами, поэтому, когда они вышли на дорогу и она поняла, что Эфа осталась позади, то единственное, что ей оставалось, – это пообещать самой себе вернуться сюда, если у неё получиться выжить.

***

Прошло уже больше недели, но Лем и Карт так до сих пор так и не сказали остальным членам группы, куда они идут, хотя Карик пытался узнать об этом почти каждый день.

Ивона понимала, что молодой чтец ведёт себя так из-за боязни неизвестности. Большую часть времени он проводил со своей сестрой, поэтому общались они мало, но то, как он приставал с вопросами к Лему и Карту, пусть и было естественным, но всё равно вызывало у неё раздражение, ведь было ясно, что они не скажут и слова о месте назначения, даже если их пытать.