Художник кошмаров - 3

Я решительно не понимал, как существо с таким уровнем силы умеет становиться столь незаметным. О чём говорить, я подмечал, что многие из практиков, проходя рядом, его в упор не замечали, хоть он и не думал скрывать свою силу! – Поистине, эта история старше самой вселенной.

- О чём ты говоришь? – хмуро спросил Баал, подозрительно глядя на Светоносного. Даже Лилит, хоть и сохраняла таинственную улыбку, но по нашей связи я чувствовал её настороженность.

Появление в нашей компании Светоносного вызвало, мягко говоря, неоднозначную реакцию.

Будучи чистыми творениями Кошмара, мои создания чувствовали в Светоносном родственную душу. Но в то же время они ощущали и его извращенную чуждость, и близость к свету.

Ангел был аномалией, одним своим существованием бросающей вызов всему, что мы знали. И судя по нему, он искренне наслаждался таким положением вещей.

Если со временем Баал нашел общий язык с Лилит, и они научились терпеть друг друга, то вот со Светоносным я сомневался, что у нас подобное получится.

Ничего не говоря, ангел протянул руку и из неё в тело ударил пучок света, заставивший мертвую плоть задымиться и закипеть, чтобы в ту же секунду из плоти выстрелили темные черные усики. Они слепо зашарили вокруг, бестолково пытаясь схватить угрозу, но быстро сгорели под силой света.

- Безымянная, - вздохнул я. – Теперь она умеет подчинять не одного человека, а сразу множество. Великолепно.

- Так почему ты посчитал это ироничным? – упорно повторил Баал, и не думая отступать.

- Ну как же.

Отец создает дитя и тут же, с рождения, пытается лишить его свободы, чтобы он делал лишь то, что следует его Плану. Кому, как не тебе, Баал, об этом знать, - на слове «план» Светоносный раздраженно закатил глаза. - Но когда дитя бунтует и пытается жить своим умом, его объявляют злом и пытаются уничтожить. Ироничным же я нашел то, что тот, кто построил свой дом на лжи и рабстве, находит неприемлемым тот же путь, когда его избрал кто-то иной..

- Ты играешься с фактами и сам это прекрасно знаешь, - возразил я.

– Между мной и Безымянной лежит целая пропасть. Да, по началу я пытался опутывать свои творения, но это было сделано лишь из-за страха перед Безымянной и моей полной беспомощностью. Она же с самого начала ничуть не стеснялась так действовать. Кроме того…

Я криво улыбнулся.

- Разве в твоем собственном случае не ты был тот, кто предал доверие, возжелав место своего отца?

Громкий смех, раздавшийся в ответ на мои слова, стал полной неожиданностью.