Предводительница Черной Чумы

Они раздавались из черных потоков дыма, который приходил из железных труб города.

Девочка приблизилась к черному дыму. Он окутал ее. Он напомнил ей потоки Черной Чумы, которые появлялись и сражались на ее стороне. Но в то же время, этот черный дым был другим.

Объятия черного дыма приняли ее и понесли наверх, в одну из высоких башен города. Через окно башни черный дым доставил Предводительницу Чумы в большой зал. Здесь было тихо и сумеречно. Лишь свет двух лун освещал обстановку зала лишенную мебели. Только у дальней стены лежала груда темной земли.

Груда земли зашевелилась, и из нее поднялся человек с бледным лицом. У него были белые взлохмаченные волосы до плеч. Одетый в черный камзол, черные штаны покрытые стальными набивками, и черные длинные сапоги. Его взгляд оставался застывшим и смотревшим куда-то вдаль, сквозь девочку и стены сумеречного зала.

— Кто ты? — спросила Предводительница Чумы.

— Я — Бледный Принц, — ответил человек холодным, хриплым голосом. Его голос трещал как будто связки были безвозвратно повреждены.

— Я иду защитить Сумеречную Принцессу, мою невесту, от Великого Зла, которое пробудилось этой ночью. Ты пойдешь со мной или умрешь.

Не дожидаясь ответа, он повернулся и отправился на выход из зала.

Предводительница Чумы мрачно улыбнулась самонадеянности только что возникшего субъекта. Ей ничего не стоило прикончить его в два счета. Если она и пойдет с ним, то только для того, чтобы узнать что здесь происходит. В отрицательности Бледного Принца у Предводительницы Чумы не возникало сомнений.

Только эгоистичная личность будет командовать и контролировать другими без их на то данного разрешения. А эгоизм это слабость и недальновидность. Такие не выстоят против того, кто намерен рано или поздно подняться на Вершину Вселенной.

Путешествие с одним из главных действующих лиц местных событий, обещало быстрое вхождение в суть происходивших вещей. Поэтому Предводительница Чумы направилась следом за исчезнувшим за высокой дверью Бледным Принцем.

Она догнала его на темной лестнице, когда он монотонно, подобно ожившему манекену, спускался по многочисленным каменным ступеням.

Из примыкавших к лестнице темных залов выходили другие бледные воины. Они поднимались из таких же груд земли и безмолвно и обреченно шли следом за своим предводителем. В звенящей тишине лишь слышался стук их шагов и ржавых доспехов.

На стенах вдоль лестничных пролетов висели портреты. На портретах царила черная, непроницаемая темнота.