Укрощение гордыни

Вырвать бы твои бесстыжие глаза, чтобы не думала смотреть по сторонам.

— Постойте! Не смейте… — сконфужено вмешался Мастер Яопин, явно не ожидая оказаться в центре семейной ссоры. — Прошу вас! Что за предположение? Какое-то глупое недоразумение.

Старик запнулся. Под пристальным взглядом Мугуна он просто не смог найти подходящих слов.

— Глупое недоразумение? Она то? Оскорбляя жену, вы бросаете тень на её мужа! Мастер Яопин, подскажите, как же мне следует поступить? Я не знаю, — в свободной руке Мугуна появилось солнечное копьё.

Старый лекарь ошарашено выкатил глаза. Его рот беззвучно открылся и сразу захлопнулся от переизбытка возмущения и полного непонимания, как подобное могло с ним приключиться. Вряд ли Мастер Яопин думал о возможности быть убитым ревнивым мужем. Скорее он опасался стать свидетелем жестокой супружеской драмы. Не зря же по Академии ходили слухи о дикарских замашках Мугуна, о его свирепом нраве и скотском отношении к жене.

— Уймитесь! Что за чушь! — вернув самообладание, заговорил Мастер Яопин с явно напускной смелостью. — Скоро объявят результаты экзаменов! Лучшие из учащихся смогут пройти во второй этап. А там, после распределения, покажут свои силы во время десятидневной охоты в «Тысяче Доменов». Послушница Сиванну моя пациентка и я проявляю озабоченность: сможет ли она участвовать в битве на выживание?

— Ваша «озабоченность» мне и так ясна, — Мугун сделал вежливый поклон, показушно уняв гнев и сменив его милость.

Окликнул он курчавого послушника, слонявшегося неподалёку, Мугун не двусмысленно дал понять старому лекарю об окончании беседы. После чего прогулочным шагом направился к выходу из сада. Сиванну скромно держалась рядом. Одеяние внешней послушницы сидело на ней мешковато, отчего Мугун невольно вспомнил утреннее шествие и досадливо цыкнул сквозь зубы. Впрочем, походка жёнушки осталась такой же грациозной и лёгкой, как танец сумрачных бабочек в сиянии полной луны.

— Ёнва, что не так с её одеждой? У кого ты украл эти тряпки? — Мугун недовольно глянул на семенящего в двух шагах курчавого послушника. — И что с твоим уровнем? Восьмой предел? Я же приказал перейти в девятый, а лучше прорваться в Сферу сгущения крови! Совсем не занимаешься?!

— В седьмой же, — обиженно выдал Ёнва, явно расстроенным принижением его успехов.