Знать. Книга III

— Уже интересней, но всё равно мало. Пойдём, покажу тебе варианты. Но сразу предупреждаю, это будет стоить очень дорого!

Резиденция Волконских.

Сутками ранее.

— Добрый день, Григорий Гаврилович, — на удобное замшевое кресло сел мужчина в мокром плаще, не справившимся с погодными условиями столицы. Князь Волконский знал этого человека. Именно он попросил Антона установить под дворец странный артефакт. И из-за него сын бывшего Князя был предан суду и погиб от рук Имперского палача. С тех пор прошло немало времени, но даже так, Григорий всё ещё скорбел.

Его семью лишили всех титулов, земель и дохода, но оставили поместье. В назидание, чтобы они помнили, что потеряли, и все знали, где живёт семья предателя родины. — Вижу, Вы хорошо держитесь.

— До поры, до времени, — сухо ответил Григорий Гаврилович. За последний месяц он потерял всё, кроме этого поместья и своей дочери, которая после смерти брата ни разу не высунула носа из своей комнаты. Даже заморская красавица, чьим словам Григорий когда-то верил и беспрекословно подчинялся, исчезла без следа.

В голове обездоленного Князя поселилось семя ненависти к той женщине. Хотя до этого он был влюблён в неё по уши. Но от любви до ненависти один шаг. А в его случае - потеря всего и смерть старшего сына. — Зачем Вы пришли сюда? Вы уже забрали у меня всё, что было. Мне больше нечего Вам дать…

— Думаешь? — мужчина прищурился и лукаво улыбнулся. — Я думаю, что это не так. У тебя всё ещё есть то, что может нам пригодится.

— Ч-чего? — Григорий поднял взгляд и увидел на лице мужчины животный оскал.

В руках он держал копну волос. Князь сразу узнал в них волосы своей дочери. — Что вы с ней сделали?!

— Мы? — мужчина улыбнулся. — Вопрос в другом. Что я сделаю с тобой?

— О чём ты говоришь, урод?! — Григорий больше не мог сдерживаться. Подскочив с кресла, он рванул на выход из кабинета. Мужчина в плаще не стал ему мешать, пропустив мимо себя. Сердце Князя Волконского билось сильнее, чем когда-либо. Взмыв вверх по винтовой лестнице, он ринулся к покоям своей дочери.

Дверь в них была приоткрыта. Отворив дверь до конца, он замер на пороге, глядя на нечто, лежащее по центру комнаты. — Елизавета?..

На полу лежало тело, отдалённо напоминавшее его дочь. Оно было напрочь иссушено, будто из него выкачали всю влагу. Единственное, что напоминало о Елизавете, это её волосы и одежда. В остальном, она походила на мумию. Григорий не смог сдержать рвотного позыва, и его вырвало прямо на пол.