Моя худшая роль Злодейки

Парню ничего не оставалось, как кивнуть, под внимательным взглядом Сашиного Наставника. Удовлетворившись ответом, Константин отошёл, встречая команду сапёров.

Однокурсники потянулись медленным ручейком. По двое. Саша попросила тёзку встретить их у выхода на улицу, а сама помогала спускаться измученным голодным пленникам в канализацию. Однокурсники, и до того смотревшие на боярыню с опаской, после образа Бельской в форме тайного сыска вовсе выглядели испуганными. Про себя Саша смеялась. Они сами выдумали про неё небылицы.

Сами в них поверили. Одним слухом больше, одним меньше.

Саша отмечала происходящее, словно в тумане. Вот все студенты и преподаватели Императорского спустились в тёмный зловонный ход. Постепенно прибывали учащиеся и преподаватели Высшей школы, тех, кажется, не поили совсем, а некоторых били, судя по синякам на лицах и растрескавшимся сухим губам.

Чуть больше половины учащихся эвакуировали, когда пространство позади огласил мощный взрыв. Испуганная толпа с удвоенной силой бросилась к пути спасения.

Кто-то из тайного сыска, решив, что операция рассекречена, выбил запасную дверь, открыв новую возможность отступить.

Наставник наоборот бросился в коридор, откуда повалил народ. Александра на мгновение растерялась, но память о прошлых передрягах подсказала, как действовать дальше. Она схватила несколько тряпок со стола, оставшихся после лечения переговорщика, обильно смочила их водой, одну из них повязала на лицо, вторую засунула в безразмерный карман. Девушка перемещалась перебежками, полусогнувшись, чтобы чёрный едкий дым не мешал дышать.

В длинном коридоре на полу задыхались люди. Тем, кто ещё не потерял сознание, Саша помогла добраться до буфета, где охрана сыска вывела их на улицу. Вернувшись, она обнаружила в коридоре Наставника, который тащил на себе ещё двоих. Александра торопливо приблизилась и повязала на лицо мужчине всё ещё мокрую тряпку.

- Не ходи дальше, мы больше не контролируем огонь. Позади уже нет выживших, - голос Константина прерывался, видимо, тот тоже уже успел надышаться продуктами горения Напалма.

- Я быстро, - упрямо произнесла девушка, прорываясь дальше. Она чувствовала на затылке недовольный взгляд Наставника, но не переживала, что её остановят. Он не тот человек, что бросит раненного. Даже ради ученицы. Сначала выведет их, и только затем вернётся за ней, если к тому времени она сама не покинет ставший негостеприимным театр.

На пути до главного зала и, правда, не встретилось живых.