Дефектная

На этом мои воспоминания и заканчиваются. Я умерла? Должна была умереть. После устроенного мной огненного ада выжить никто не смог бы. Тогда почему мне так больно? Ведь если я мертва, то и боли не должна чувствовать? А я её чувствую. И ещё этот шум в ушах...

Скорей всего я выжила. Значит находиться сейчас должна в каком-то госпитале. Надо позвать кого-нибудь. Должен же кто-то быть рядом.

Я попробовала хоть что-то сказать, но у меня это не получилось. На лице был какой-то предмет и он не давал говорить.

Попытка пошевелить пальцами руки ничего не дала. Конечности я совсем не чувствовала. Да что со мной?

На этот вопрос могло бы ответить простейшее диагностическое заклинание, которое можно использовать даже в моём состоянии. Но результат оказался для меня полной неожиданностью. Мана не отозвалась, как будто её совсем и не было. Но такого же просто не может быть! Мана везде и нет места в нашем мире, где её не было бы. Это всё странно.

Я собралась с силами и открыла глаза, что далось мне совсем не легко.

Толком осмотреться не получилось. Перед глазами было всё словно в тумане, и только впереди маячили три тени, очертаниями напоминавшие людей. Это наверное врачи или кто-то из военных. Как следует рассмотреть их помешала резко разболевшаяся голова. Боль была настолько сильная, что я опять провалилась в небытие.

***

— Она нас слышит? — баронесса Альма Мадсен, молодая женщина, с огненно-рыжими волосами, тонкими чертами лица и острым подбородком, одетая в синий костюм с юбкой ниже колен, очень переживала за свою пятилетнюю дочурку Элисабет.

В данный момент девочка лежала в прозрачной реанимационной капсуле, и всё её тело опутывали всевозможные медицинские датчики и магические конструкты. Даже на лице ребёнка находилась специальная маска, из под которой виднелись только зелёные глаза.

Стоявший рядом с баронессой, стройный, ещё не старый мужчина, одетый в белый медицинский халат, вздрогнул, когда прозвучал вопрос женщины, и у него были все причины для беспокойства.

— Баронесса, я сожалею, но ваша дочь ещё без сознания, хоть ей и стало лучше, — Оливер Стрём осторожно подбирал слова. Будучи старшим целителем этой клиники, принадлежащей клану Восхода, он как никто другой понимал, в какую сложную ситуацию попал и с насколько важными людьми он сейчас разговаривает. И представлял, какие проблемы они могут доставить ему и всему клану.