Кровь дракона

— Ясно все с тобой, — мы дошли до небольшого деревянного причала, и я сел на его край, сняв обувь и свесив в воду ноги. — Я не против помочь тебе. Все-равно пока что у меня нет четкого плана путешествия.

— Спасибо вам большое... Я запомню вашу доброту, — голос Фуго стал мягче. — Учитель говорил, что подобные поступки нельзя забывать.

— Красиво говоришь, Фуго — я повернулся к нему, — можешь ответить мне на мой вопрос в таком случае?

— Если я знаю ответ, то конечно... — тот улыбнулся мне, сев рядом и пустив пальцами круги по воде.

— Ты ведь из «той самой» семьи Ирис, о которой тогда мы говорили? — Я посмотрел вдаль, чтобы лишний раз не давить на моего собеседника.

— С чего вы это взяли? — голос стал удивленным и слегка напуганным.

— Твоя обувь. Она слишком изящна. Конечно, измазанная краской и безнадежно испорченная, но без балахона даже так слишком заметная.

— В-вот оно как... Учитель ведь говорил, не снимать его. Видимо, я правда ни на что не годна... Ой... — тот сложил руки на своих губах .

— И ты девушка, которая бежит от брака по расчету. На это ответ я получил только что.

На глаза моего собеседника, а вернее, собеседницы, накатились слезы.

— Вы хотите вернуть меня семье? Конечно, за меня ведь заплатят большие деньги вернувшему... Мы с первого дня с учителем прятались от таких, — та вскочила и уже было побежала, но я схватил ее за руку. — Отпустите меня! Дайте хотя бы шанс уйти! — та махала руками. И чуть не ударила меня ногой.

— Успокойся сперва, — я притянул ее и дал щелбан, заставивший маленькую голову слегка запрокинуться.

Девчонка упала животом на мои колени, и я чудом удержал нас обоих от падения в воду. Та очень активно брыкалась, и пыталась вырваться, крича и ударяя меня своими тонкими ручками.

— Вы отдадите меня отцу, чтобы я вышла замуж за сына его друга и всю жизнь провела в стенах, обслуживая этого толстого болвана! Я не хочу! Не хочу!

— Да заткнись же ты уже! — тут на крик перешел и я.

Признаться, меня он испугал не меньше, чем девочку.

Словно два голоса в одном. Мой, тот который я привык слышать, и грубый, тяжелый и холодный, словно нечеловеческий. Эхо донеслось от противоположного берега до нас, подтвердив услышанное. Благо, девочка замерла в оцепенении после этого события.

— Плевать мне, девчонка ты, мальчишка, из какой ты семьи и почему убежала. Я ведь сказал, что помогу. Успокойся уже, пока жители деревни не сбежались, — сказал я теперь более тихо и спокойно, пока усаживал ее рядом.