Личный друг бога

Максимально возможное значение личностных характеристик персонажа, повышенный уровень восприимчивости, повышенный уровень индукции, возможность мгновенно перемещаться из одной точки Мира в другую.

И преданный Цербер...

Насчет последнего пункта у Танка были некоторые сомнения. Он знал, что технология эта не вполне отлажена, и боялся возможных осложнений. Но когда еще представится такая возможность? Он в жизни не соберет нужной суммы, а корпорация, если она действительно в нем заинтересована, проведет операцию за свой счет.

- Поди сюда, Малыш, - позвал Танк старого сенбернара, лежащего на диване. Пес поднял голову, посмотрел на хозяина умными глазами, открыл пасть, словно хотел сказать что-то.

Но промолчал.

- Ну ладно, лежи, - разрешил Танк. И, подумав еще, выделил жирным шрифтом последний пункт своих требований.

1

Два дня Глеб и Ирт шли через лес, выдерживая направление по солнцу и звездам, по муравейникам и мху на деревьях. Несколько раз они выходили на дороги, но дороги вели куда-то в сторону, и путешественники были вынуждены вновь возвращаться в чащу.

Они практически не спали. Ирт привык обходиться без сна - так, по крайней мере, он говорил, а Глебу спать просто не хотелось. Иногда, правда, накатывала какая-то слабость, как тогда, после схватки с упырями, и Глеб закрывал глаза, забывался на пару минут. И ему начинало казаться, что сейчас - вот-вот - он покинет этот мир и очнется в реальности, но...

Пара минут - Глеб открывал глаза и видел все то же: ночь, костерок, черные силуэты близких деревьев, и Ирт, жарящий на пруте то ли крысу, то ли лягушку.

Раб был неприхотлив в пище. Он ел все, что не было ядовитым; даже кору некоторых деревьев, какую-то траву и семечки из сосновых шишек.

- На рудниках, - рассказывал он, - лучшим лакомством были личинки земляной мухи - серые червячки, сладковатые на вкус. За двух таких червячков можно было выкупить дневную норму выработки: ты отдыхал, а твой должник работал за тебя... Да, бывает, что и рабу кто-то прислуживает.

Ночами они беседовали, потому что им больше нечем было заняться. Глеб вспоминал свое прошлое, выстраивал воспоминания в хронологическом порядке, восстанавливал причинно-следственные связи между полузабытыми событиями, вслух проговаривал свои мысли, соображения, выводы. Ирт слушал спутника не перебивая и даже с интересом, но едва Глеб замолкал, начинал говорить о своем: о рабстве и свободе, о еде и голоде, о героях и простых людях.