Личный друг бога

- Говоришь, разбегутся, как только тебя увидят? - Глеб в одно мгновение оказался возле Горра, коснулся его мощной лапы, и едва не отшатнулся, когда жуткая, заляпанная черной слизью морда повернулась к нему.

Две стрелы свистнули в воздухе - Глеб сшиб их копьем и понял, что сил осталось не так уж и много. Возможно, их достаточно, чтобы расправиться с врагом.

А если нет?

Слабость всегда накатывала внезапно. Если сейчас усталость обрушится на него - это будет очень некстати.

Глеб хищно осклабился.

Глупо погибнуть на полдороге к цели, так ничего и не выяснив.

Глупо...

- Я убью ее, - прорычал Горр.

- Тогда вперед! - рявкнул Глеб, злясь на свои неуместные мысли.

Четыре стрелы пропороли воздух там, где только что находились две фигуры.

Огромный оборотень обрушился на врага, не обращая внимания на уколы мечей и удары алебард.

Блещущее копье вновь рассекло воздух - и словно растворилось в нем.

- Он Богоборец! - несся издалека ликующий голос Ирта. - Богоборец!.. - Ни лязг оружия, ни громыхание доспехов, ни вопли раненых не могли заглушить этот торжествующий крик.

Горр увидел съежившуюся Димию, бросился к ней, расшвыривая всех, кто оказался на пути. Женщина заметила опасность, попятилась, надеясь спрятаться за ограми, но не успела - Горр одним прыжком преодолел те несколько метров, что отделяли его от ненавистной некромансерши, ударил ее лапой, полоснул когтями и взревел, подняв морду к луне.

Тяжелая стрела вонзилась ему в плечо - он не почувствовал этого.

Другая стрела просвистела возле виска, выдрав клок шерсти, - он и этого не заметил.

Огры шагнули к нему, переглянулись нерешительно.

Лежащая на земле Димия не шевелилась.

В самой гуще схватки что-то полыхнуло ярко, веером взлетели ввысь ослепительные искры; расступилась колышущаяся толпа, светящаяся человеческая фигура замерла на миг, вскинув над головой сверкающее копье.

- Богоборец! - скатилось имя с Зуба Дьявола.

Огры остановились.

Запах человеческой крови пьянил и мутил.

Но отрезвляюще пахло страхом. И близкой смертью. Магией и силой.

Разбегались люди, бросая оружие, оставляя раненных, ища спасения лишь для себя, не думая ни о чем другом.

Двуживущая Димия больше не двигалась. Ее рот, обычно исторгающий страшные слова, теперь был полон крови.

Ее волшебство закончилось.

Ее сила ушла...

Огры попятились.

Лес был близко.

Ночь готова была спрятать их...