Железный Феникс 2

Теперь придётся воевать на два фронта.

Вжих! Мимо меня будто проносится торпеда. И врезается в не успевших ничего сообразить рыцарей. На том месте, где они только что стояли, словно свирепствует кровавый вихрь. Я даже увидеть не успеваю, что там происходит. Но явно ничего хорошего. Несколько минут — и всё кончено. Над тем, что осталось от команды старшого, поднимается залитый с головы до ног красным Райт. Ноги, кстати, у него самые что ни на есть обычные. Он вытирает губы, будто после трапезы. И произносит совершенно обычным голосом:

— Уф.

Затем изумлённо оглядывает свою угвазданную вусмерть накидку и брезгливо начинает её стягивать.

— А ну стой, — сердится Гайла. — Здесь вообще-то служитель Церкви.

— Ничего-ничего, — отмахивается Жаслин, явно настроившаяся на бесплатный стриптиз. — Эолос Разрушитель велел смиряться с непочтительностью… Иногда.

И только я швыряю в Райта добытый из инвентаря гир:

— Одевайся, потом поговорим.

Он послушно удаляется, а Жаслин сердито надувает губки.

Пока ждём, прохожу в глубь пещеры. Девушки зачем-то остаются у входа. Эфения, как приклееная, следует за мной. А я внимательно оглядываюсь по сторонам. Рыцари явно обитали тут долго — не одну и не две недели. Нахожу даже командный центр — большую прямоугольную палатку со столом в центре. На котором, как положено, расстелена карта и разложены какие-то бумаги.

Подходящее место для экстренного совещания.

— Знаешь, Макс, — Райт неслышно проходит внутрь палатки.

Глава 22. Большие секреты

Поворачиваюсь к этому пафосному недоумку:

— Нет уж, Райт. Это я вынужден тебя прикончить. Дабы снизить уровень глупости среди населения Великой Росии. Пару процентов точно собью. Небось героем ещё объявят.

Секунду он ошалело пялится на меня, затем начинает ржать. Зубы, к слову, у него тоже вернулись в норму.

— Спасибо, — произносит он, отсмеявшись. — Прямо чувствую себя обычным человеком.

— Ага, — отвечаю сварливо. — Старшой, которого ты сожрал, точно с тобой согласен. А ведь он многое мог нам рассказать.

Райт усаживается за стол и чинно складывает на столешнице руки.

— Сами виноваты, что вызвали трансформацию, — говорит равнодушно. — Так что их поражение было вопросом времени.

Усаживаюсь напротив:

— А эта трансформация тебе случайно не навредит? Знавал я одного мужика, который умел превращаться в рогатого демона.