Железный Феникс 2

Правая рука конвульсивно дёргается — и демонстрирует Гореву средний палец. А потом — шиш.

А после — сама собой прикладывается к роже одурманенного кхелота. Из ноздрей бедолаги плескает тёмная кровь. Посол замирает — и валится на пол снова, выключившись уже как следует.

Но мне этого мало. Огонь, раз прорвавшись, требует выхода. Вот только я не собираюсь больше палить резиденцию к чертям. Поэтому пламя охватывает лишь сжатые в кулаки ладони. Но пылает по-настоящему, даром что вокруг белая зона.

— Да ты, я смотрю, с первого раза не понимаешь, — медленно наступаю на советника. — Твои фокусы на мне не сработают, ясно? По сравнению с тобой я на другом уровне…

— Подожди! — Пиетр вдруг разражается хриплым смехом. — Ты что, снял сейчас заклятие Бездны? Тоже служишь второму пришествию?

— Никому я не служу!

Пылающий кулак направляется советнику в голову. Второй, такой же огненный, — под дых. Кажется, что Гореву никак не уйти. Но первого удара он избегает, лишь слегка отклонившись.

Закономерно теряю равновесие, пошатнувшись вперёд. А взбодрившийся советник злорадно шипит мне прямо в лицо:

— Тогда я покажу тебе… Счастье служения!

Сам не понимаю, каким образом оказываюсь в воздухе. Ненадолго — всего лишь до противоположной стены. Только сейчас понимаю, как не хватает Эфении, умеющей смягчать даже такие жёсткие приземления. И откуда, спрашивается, у этого типа такая силища?

— Раздумываешь, откуда у меня такая сила? — угадывает ход моих мыслей Горев.

Лицо советника вытягивается в страшненькую звериную морду. Изо рта во все стороны прут острые зубы. Он и раньше-то красавцем не был, а теперь и вовсе жутковат. Его и так объёмная фигура раздаётся ещё — и ввысь, и вширь. Из башки проклёвываются чёрные блестящие рога. По всему видно, у местных поклонников Бездны такая фишка.

Несколько секунд — и серьёзного высокопоставленного дядечку в этом монстре уже не узнать. Он разевает пасть и беззвучно ревёт — не слышно ни звука, но уши закладывает.

Я же в это время кое-как поднимаюсь на ноги. Это не так-то просто — не только из-за отбитой спины, но и из-за разбирающего смеха.

— Ну и рожа у тебя, советник, — наконец кое-как выговариваю.