Железный Феникс 2

Если, конечно, не хочешь обозлить правителя ещё больше. Конвой в виде пары ратников провожает нас к гостевым покоям, усиливая ощущение несвободы. Гайла всю дорогу раздумывает о чём-то своём, а, завидев комнату, спешит войти и захлопнуть дверь. Обсуждать случившееся и объясняться она будто не собирается. Так, словно меня болтовня посла ни грамма не касается. И это злит.

Ещё больше меня злит вернувшаяся наконец Эфения. Она сухо здоровается и тут же сбегает неведомо куда. Выглядит так, словно она не хочет со мной разговаривать.

Следующая пара дней проходит суматошно. Меня несколько раз вызывают ратники. Не на допрос, как все говорят, а «просто пообщаться». И действительно — всего лишь засыпают кучей вопросов. Чем сие отличается от допроса — мне не ведомо. Вероятно, минимальной степенью воздействия на подозреваемого. Но утомляет это дело знатно.

Последним меня вызывает к себе Рах Шан. Вот только спрашивает почему-то лишь про Гайлу. Особенно его интересует, в какой момент девушка обернулась мечом. Рассказываю неохотно, поскольку делиться информацией в ответ чистейший ни в коем разе не желает.

Саму Гайлу, как и других Ястребов, к которым уже отношу Игора с подругой, я не вижу. Подозреваю, что время они проводят не менее содержательно и интересно, чем я.

Надеюсь, никто ни в чём странном не признается. А то доказывай потом, что ты единственный был не в курсе…

Радуют лишь отведённые мне гостевые покои и еда, которую приносят по первому требованию.

И вот наконец меня призывает к себе лично кайзер.

До заветных дверей меня сопровождает молодой ратник. А после — остаётся дежурить снаружи, будто правителя от меня надо защищать. Вот только если я решу его поджарить, никакие ратники не спасут — просто не успеют. Впрочем, таких глупостей я творить не собираюсь — не вижу выгоды.

Помещение, в которое я вхожу, оказывается рабочим кабинетом. Кайзер что-то пишет за столом. Он поднимает голову и почти дружелюбно кивает на свободный стул. Кланяюсь в ответ и занимаю место.

— Итак, — кайзер откладывает письменные принадлежности и переплетает пальцы. — Буду краток. Я заинтересован в том, чтобы вы послужили на благо Великой Росии.

— Разве прямо сейчас я не служу? — да, знаю, что вопросом на вопрос отвечать неприлично. Вот только подобные расплывчатые предложения нуждаются в конкретизации. Мало ли что он там под служением подразумевает!

Кайзер хмыкает, но всё-таки отвечает:

— То, чем вы занимаетесь сейчас — детские игрушки.