Девять смертных грехов

– Ману, но как ты понял, что он задумал?

– Были подозрения, – я не стал углубляться в детали. – А еще улица Каравелл, где он предлагал укрыться… Так получилось, что я успел погулять по городу в компании хорошего гида, и он мне немало рассказал о том, как тут все устроено. Так вот та улица находится на территории старшего рубаки Эвери, а он терпеть не может чужаков. Просто так никто не смог бы найти там убежище, только с его разрешения. Ну, а дальше все было уже очевидно.

Продолжая говорить, я шевельнул мечом, разрезая карман Гастона.

Тот, к которому он тянулся в самом начале. И на уличный гранит упали несколько колец и украшений.

– Тут… – Паула присела над ними, – Кольца и серьги, что я дарила Софии и еще двоим служанкам.

– Похоже, вас спаслось больше, но Гастон сразу решил избавиться от лишних. Оставил тебя на продажу и Софию в личное пользование.

– Я убью его! – Паула поднялась на ноги и протянула руку ко мне. Просила меч, чтобы привести приговор в исполнение.

– Не сможете! – Гастон успел прийти в себя.

– Всем плевать на смерти в порту или среднем городе, но здесь, рядом с крепостью, стоит вам убить меня, и гвардейцы Моргана сразу встанут на ваш след. Раз вам так хочется, бегите. Я даже обещаю не рассказывать о вас до утра, но потом…

Кажется, он собирался еще долго болтать. Лично я уже узнал все, что хотел, а паника – до нее и так уже оставались считанные минуты. Я резко взмахнул мечом – от последней руки Гастона, через плечо и до горла. Его сердце остановилось сразу, глаза остекленели, и бывший охранник рухнул в лужу собственной крови.

А рядом с ним завалилась и Паула.

– Я почти сдержала его смерть… – только сейчас я осознал, что она использовала свою чистоту, чтобы прикрыть нас от преследования. Еще не пришла в себя после сокрытия чистоты, а все равно выложилась на полную.

Я аккуратно поднял девушку с грязной улицы, задумался и положил обратно. Наверно, пара минут ничего не изменит… Я вскрыл сумку с артефактами, нашел тот самый зеленый обруч, который так понравился Пауле и одел ей на голову.

Пусть будет, она мне действительно помогла. Оценив, насколько украшение идет девушке, я снова взял ее на руки и бережно положил в мешок. В тот же самый, в котором она уже путешествовала. Кажется, сидеть у меня на шее становится кое для кого нехорошей привычкой. Вслед за первым мешком я подхватил и остальные, а потом… Город тряхнуло, а над портом начало разгораться кровавое зарево.

Прекрасно! Наши в городе! А вот теперь надо было поспешить.