Лорд Системы 4

А я задержался у костра, сидя в одиночестве и погружённый в свои мысли.

Какой-то сегодня день весь в заботах. В беготне с одного места на другое. И это еще в Спарте только сотня игроков.

А что будет, когда это число превысит 500, 1000 или 10,000?

На что будет похожа жизнь тогда? Сумею ли я точно так же просто сесть у костра и никуда не нестись, сломя голову. Не срываться от одного человека к другому, принимая отчёты, тратя часы на беседы и планирования тех или иных моментов.

Жизнь Лорда оказывается не такой уж и радужной, как мог представить человек со стороны.

Угу, сплю и вижу. Или я что-то не так делаю? Может, надо больше отдыхать и развлекаться? А потом придёт кто-нибудь более трудолюбивый и спихнёт меня.

Да и заскучаю я, видимо. Куда интереснее смотреть, как растёт и развивается твой собственный посёлок или город, и знать, что это результат твоих трудов и твоих решений.

В мыслях о том, как много ещё предстоит сделать, я закутываюсь в тёплый плащ, и неожиданно для самого себя начинаю проваливаться в сон.

Прямо походной романтикой повеяло. Когда ты точно так же мог уснуть у костра под разговоры друзей, пока кто-нибудь возмущённо сопел в палатке. А ты бы сидел, как и сейчас, и смотрел вглубь костра, погружённый в собственные думы, размышляя обо всём и ни о чем на свете одновременно.

Закрывая глаза, я поудобнее кутаюсь в плащ и утопаю в дремоте под аккомпанемент треска древесины.

***

Когда я открываю глаза, небо надо мной оказывается совершенно белым.

Ни голубым, ни янтарно-рыжим, ни чёрным или серым.

А белым. Как лист бумаги. Как только-только выпавший снег.

И самое странное, что с этого белоснежного небосвода падал серый пепел. Крупными хлопьями, что обращались в ничто, стоило им соприкоснуться с бесплодной почвой, лишенной каких-то цветов и красок.

Мертвый, безжизненный мир предстаёт передо мной. До самого горизонта видны лишь очертания долин, оврагов, расщелин и холмов.

И все они бескрайне пусты в своём роде. Ни травинки, деревца или камушка. Только серая почва, больше похожая на песок или прах, белое небо и чёрные хлопья.

А рядом со мной стоит единственная фигура, закованная в старые, потёртые и полные сколов доспехи.

Её спина обращена ко мне, но я словно чувствую, что она наблюдает за мной. Изучает.

Понимая, что изображать спящего бесполезно, приподнимаюсь, опираясь на локоть. И тут она оборачивается.