Наследник павшего дома. Том IV

— Волосы тоже наверняка изменятся. Я сейчас тебе краску принесу, слишком будет бросаться в глаза.

— Да, если ты так считаешь. Можешь Урсуле сказать, что сам нашёл пластического хирурга?

— Конечно, хотя Винтер в итоге узнают о ядре. Наверняка жёнушка будет недовольна, но ничего уже сделать не сможет. Скажем чуть позже, да?

— Да, сначала освоюсь и передам всё по договору. Пока потренируюсь.

Я быстро нашёл магазин косметики и выбрал самую «огненную» краску. Наверняка более-менее попаду в цвет. А ещё зелёные линзы в глаза прикупил.

Всё же цвет у неё такой радикальный, что любой скорее в натуральных глазах заподозрит фальшивость. Эльзе шло, и пламя она быстро научилась контролировать. Ещё какое-то время она переписывала технику ядра молний, что была ей известна, а потом мы вдвоём просто скатались покружили в Бергхайме и спрятались в лесу в стелсе. Призрак проконтролировал, что за нами не следили. Девушка закуталась в толстовку и в этот раз не мёрзла.

— Так… спокойно, — она сняла капюшон и облокотилась на плечо.

— Эйгон, я очень тебе благодарна, но… что мы будем делать с нашими отношениями? Извини, ты, наверное, не хотел думать об этом.

— Да, я женат так-то. Стоило бы с Урсулой сближаться, но идёт, как идёт. Но ты и сама понимаешь, это не серьёзные отношения.

— Понимаю, не дура. То есть… вдруг найду кого-то.

— Я не ревнивец и тоже не дурак. Ищи того самого, — я чуть повернулся, смотря в упор на огненные глаза с необычным, более рельефным узором радужки. — А ты чего хочешь?

— Пока… просто отдохнуть.

И знай… древняя клятва. Я буду тебе верна до самой смерти, клянусь душой…

Девушка встрепенулась и резко выпрямилась, глаза коротко вспыхнули светом, прошла волна маны. Опа…

— Эйгон, что-то странное произошло, когда я сказала. Так же не должно быть.

— Должно. Ты отчасти теперь существо магии. Слова имеют силу, знаешь ли. Ты мне только что поклялась в верности и если предашь меня — умрёшь. Душу уничтожит её собственная сила.

Эльза вскочила, испуганно смотря то на меня, то на свои руки.

— К-как так? То есть умру?

— Клятва душой — высшая форма. Но… её нельзя взять в шутку. Не бойся, иди сюда, — я поманил девушку, и она с обеспокоенным видом села рядом. Я её обнял, гладя по голове. — Не бойся сделанного. Я тоже могу сказать: клянусь душой, что не предам… но это ничего не даст магически. И верность — не подчинение, ты ведь не собиралась предавать меня? И я обещаю, что никогда не попрошу того, что тебя обидит или то, что ты не захочешь делать.