Святая Мечей 2: Винтерлид

Сегодня она выбрала сверкающее алое платье с черными атласными лентами, стягивающими фигуру в талии и украшающие нарочито глубокий вырез на груди. Платье было непростительно длинным, тянущимся за ней по полу, словно кровавый след, затейливо идущий по пятам великой волшебницы. Черные волосы обычно были собраны в помпезную высокую прическу, но сегодня, из-за срочности сообщения Аерита Люмоса, Вивьен пришлось ограничиться прямыми распущенными волосами, ниспадающими до пояса, разливаясь темными плотными нитями, напоминающими движение роскошного водопада в кромешной тьме.

Если засмотреться на ее волосы, могло показаться, что слышишь шум тяжелой воды, падающей вниз, повинуясь изысканной мелодии, неповторимо созданной самой природой. А если взглянуть в ее глаза, пронзительного зеленого цвета, напоминающего сверкающий изумруд или блеск свежей травы, чей цвет особенно чист в те моменты, когда тяжелые капли дождя остаются на стебельках, встречая рассвет выпуклыми сферами кристальной росы. Вивьен была не просто красива и незабываема — она была почти божественна.

Стражники у дверей лаборатории Люмоса наблюдали, открыв рты, за появлением придворной волшебницы. Она приближалась к ним по нестерпимо длинному коридору и это явление казалось иллюзией, миражом и чудом, которое им довелось лицезреть. Одного мелкого взгляда на физиономии стражников хватило, чтобы мгновенно понять — отвечать на вопросы и выполнять свои прямые обязанности они уже не в силах. Вивьен схватилась за ручки дверей и потянула в стороны, слыша нечленораздельное мычание «полностью обезвреженных» защитников.

— О, Вивьен! — Аерит даже не посмотрел в ее сторону, как обычно. Самопровозглашенный архимаг имел за собой такую привычку — считать всех окружающих ниже и слабее. Рядом с другими придворными магами он старался прятать свой мерзкий нрав, но тот то и дело прорывался на свет.

Вивьен недолюбливала Аерита Люмоса, но ей приходилось мириться с его манерами по одной простой причине — он действительно был сильнее всех ныне живых волшебников Перфруна.

— Прибыла как только услышала твое послание.

— Ну, ты особо не торопилась, — не упустил момент для ремарки архимаг, спускаясь с длинной лестницы, приставленной к четырехметровому стеллажу с книгами. Аерит прихватил с собой какой-то старый фолиант и теперь осторожно искал ступеньки под ногами, нарочито долго спускаясь на пол, превращая простейшее действие в длительную муку.