Святая Мечей 2: Винтерлид

Присмотрись к ним, ты увидишь свечение, что тянется далеко на запад.

Вивьен позволила себе украдкой взглянуть на золотые серьги и увидела именно то, о чем говорил Аерит — блеклую, но отчетливую желтую линию, рывками указывающую в определенную сторону.

— Хорошо. И что с того? — в этот раз Вивьен говорила правду. Она действительно не понимала, как связан этот факт со смертью Реджинальда.

— Реджинальд не мертв, — улыбнулся Аерит. — Мы нашли Брешь. И он ступил в нее. Многие годы я думал, что он погиб. Но вот недавно, совершенно случайно, я обратил внимание на эти серьги.

«Ожерелье царицы» указывает нам путь к остальному комплекту. А он — в руках Реджинальда.

— Он вернулся сквозь Брешь? Брешь существует? — Вивьен распирали вопросы, на которые Люмос вряд ли собирался отвечать. — Вы отправились сюда найти Брешь и Теодор знал об этом?

— Годится, — кивнул Аерит, щелкая по небольшой шкатулке, которая тут же закрылась и Вивьен почувствовала, как спало то самое странное напряжение.

— Что это было?

— «Шкатулка правды».

В ее присутствии нельзя лгать. И ты не солгала, ты и вправду не знаешь, что здесь происходит, — старик рассмеялся хриплым голосом, смахивая со щек несуществующие слезы. — Ладно, приятно было повидаться. Прости за беспокойство, — он замахал в сторону дверей, подхватывая серьги со стола и убирая в сервант.

Когда он обернулся, надеялся увидеть спину разъяренной Вивьен Фривуд, покидающий его лабораторию, перед ним оказался полный злобы взгляд и закушенную нижнюю губу.

— Почему ты еще здесь?

— Не держи меня за дуру, Люмос, — Вивьен кивнула на шкатулку. — Ты думаешь, я не знаю как работают предметы силы? В присутствии этой шкатулки не одна я не могла лгать. Брешь существует, Реджинальд жив. Какого черта происходит, Люмос?

— Ты меня подловила, — улыбнулся старик так, будто перед ним сидела маленькая смышленая девочка, а не великая волшебница. — Но, боюсь мне нечего тебе сказать. Видишь ли, эти знания они, — он пожал плечами, — слишком опасны для тебя.

— Не заставляй меня делать этого, Люмос, — старик смотрел на волшебницу и любовался ее гневом. Плечи тяжело поднимались и опускались, ноздри раздувало яростным горячим дыханием, а глаза метали почти реальные молнии. Она сжимала кулаки все сильнее, стягивая тонкие черточки бровей к переносице.

— Тебе не удастся разговорить меня, Вивьен. Я не стану отвечать на эти вопросы, как и на любые другие. Ты не предавала корону — этого для меня достаточно.