Хитросплетение судьбы

Я голый, — почти шепотом произнес Форти.— Открывай! — достался сильный пинок бедному деревянному изделию, которому не посчастливилось встать на ее пути.

— Если открою, ты будешь меня бить?

— Чем дольше медлишь, тем больше получишь.

Последние слова северянка произнесла с предвкушением. Сделка была не в пользу Второго, но тягаться силой с этим монстром он не мог. Поэтому он отпустил ручку, сдвинул маленький засов и побежал к своему вещмешку. В голове мелькнула мысль выпрыгнуть в окно, но ее быстро прогнал смачный пинок под зад.

От него он со всей дури впечатался подбородком в пол, прикусывая кончик языка.

— Небеса за со? — еле сдержал слезы Форти.

— За твою уродскую задницу, — хлопнула Дира дверью, закрывая своим телом путь к выходу. — Какого хадучьего хрена ты тут делаешь?!

Ее ничуть не смутила мужская нагота. Наоборот, она словно еще больше распыляла гнев северянки.

— Я спал, — мгновенно ответил он, а затем добавил, — Цель устран… я разобрался с ним.

Еще один пинок, но в это раз в правое колено.

Миранин завыл от боли.

— Я в курсе. Весь город в курсе и ищет виновника, а ты здесь спишь, когда мы должны быть уже на полпути в столицу.

В голосе Диры было столько яда, что хватило бы на новую трагедию в Лайдреке.

— Чем воняет? — резко наморщила она нос.

На ее глаза попался «счастливый» комплект одежды Форти.

— Да ты хуже дикаря. Я сваливаю, если тебя поймают, лучше сразу откуси себе язык, животное.

Женщина очередной раз хлопнула дверью, а Второй быстро напялил на себя чистую одежду и со скрипом в сердце выкинул в окно свою старую.

Он успешно покинул город, прикинувшись больным калекой. Правда для этого ему почти не пришлось притворяться. Благодаря своей напарнице он прихрамывал на правую ногу, а еще у него очень болел копчик.

Северянку Форти все-таки догнал. Она уже была в седле и бросила через плечо на него презрительный взгляд.

— Припасов взял?

Миранин испуганно открыл рот, заслонив его быстро ладонью.

— Ничтожество, — хлестнула она поводьями коня.

В свое седло Второй еле забрался. У него кружилась голова из-за голода. Просить у Диры что-нибудь съестное было бы самым глупым актом самоубийства. Поэтому Форти оставалось лишь смиренно терпеть и молить Небеса, чтобы от быстрой скачки его копчик окончательно не рассыпался.

Погодка резко показала свой дурной характер. Ветер с холодным дождем бил им в лицо, будто не желал их возвращения в Элваран. От этого лицо северянки стало еще жестче.