Святая Мечей 3: Хеллборн

Посетитель как раз закончил устанавливать полупрозрачные хитиновые тела светлячков в пазухи на стенах. Еле-живые насекомые не двигались, послушно распространяя диковинный холодный свет не противясь воле более крупных особей. Именно таким существом и был посетитель.

Огромное вытянутое тело, снабженное тремя парами конечностей. Матово-красный панцирь, настолько густого оттенка, что казался почти черным. Существо напоминало муравья, лишенного брюшка. Огромные фасеточные глаза с интересом рассматривали человека.

Аррак.

Так называли жителей Красной Земли. Венец эволюции этого жестокого, опустошенного места. Смертельно опасные твари, лишенные интеллекта и подчиняющиеся только низменным желаниям. Не способные к развитию и живущие подобно простейшим насекомым-вредителям. Страшен будет тот день, когда полчища арраков сожрут все, что можно было сожрать на Красной Земле и обратят свой взор на весь остальной мир.

Насекомое подошло к человеку и с трудом уселось перед ним на пол. Огромная голова подвинулась вперед и пленник с отвращением уставился на тяжелые, острые клыки-мандибулы.

От существа исходил приторно-сладкий аромат, от которого кружилась голова и клонило в сон.

— Ты чужестранец, — пророкотал ломаным голосом аррак. Пленник не знал, задают ему вопрос или существо просто утверждает очевидное. Тем не менее мужчина затрясся всем телом, чувствуя непередаваемый ужас.

Арраки не должны были знать общий язык. Да что уж там. Они не должны были уметь разговаривать.

— Ты молчишь, потому что забыл слова или отказываешься отвечать? — голова существа качнулась в сторону.

— Если ты молчишь, в тебе нет толку.

— Стой, — мужчина крикнул, чувствуя, как боль проходит по охрипшему горлу, а засохшие губы трескаются с непривычки. Он успел как раз вовремя: лапа с заостренным когтем успела лишь надорвать кожу у виска.

Аррак разочарованно заклокотал — он уже обрадовался, что удастся попробовать на вкус редкое человеческое мясо. Но ослушаться приказа не смел, поэтому чуть отодвинулся от пленника и поднял с земли глиняную емкость.

— Пей, — существо бесцеремонно пихнуло ко рту мужчины краешек кружки и резко опрокинуло. Пленник жадно захватил зубами край, стараясь впитать как можно больше тягучей, противной влаги. Его затошнило, но он не позволил себе проронить ни капли, усилием глотая все, без остатка. Кто знает, когда его напоят в следующий раз? — Жадность, — хмыкнуло насекомое-переросток, — у твоих братьев это считается пороком. У нас — благодетелью.