Святая Мечей 3: Хеллборн

Вютенд невольно коснулся ладонью шеи, представляя, что этот голодный рот вот-вот вцепится в его кожу, разорвет ее за несколько секунд и погрузится в плоть, насыщаясь кровью. Изображение столь яркое и отчетливое, что Димир ужаснулся его реалистичности.

— Я вижу страх внутри тебя, — уверенно проговорил монстр, двигаясь навстречу Вютенду. — Ты правильно делаешь, что боишься. Сегодня та самая ночь.

— Та самая? — неуверенно проговорил Димир. Он путался в своих мыслях, теряя боевой задор и радость собственной силы. Даже его дух — гигантский медведь, склонил голову и опустил плечи.

Невозможно было сражаться против того, кто обладал столь давящим преимуществом.

— Та ночь, когда ты умрешь, — кивнул Джонатан, оказываясь лицом к лицу с Вютендом.

Димир воскликнул, стараясь ударить всеми силами, приказывая «массиву» разорвать противника. О чем северянин думал в тот момент? Удастся ли ему победить? Нет, конечно же нет. Он хотел просто отсрочить конец, попытаться убежать, спрятаться, исчезнуть. Ему хотелось вернуться домой, в Северную Империю.

Димир не хотел умирать. Поэтому закричал, когда встретился глазами с Джонатоном и не увидел в бездонных черных колодцах ничего, кроме упрямой нечеловеческой жажды и абсолютного безразличия.

В свой предсмертный момент Димир почувствовал себя пищей. Не живым человеком, прославленным воином и легендарным Вютендом, служившим Императору. Он стал не больше чем деликатесным блюдом, поставленным ко столу великого чудовища.

Джонатан ударил рапирой, нанося размашистые, ленивые удары.

Столь быстрые движения, что Димир не в силах был уследить за ними: только запоздало осознал, что уродливый монстр смог различить духовные нити, связаывающие его с «массивом». Гигантский медведь разочарованно зарычал, теряя связь со своим избранником и тая в воздухе. Этому существу больше не было места среди смертных. Димир остался совсем один. Лишенный своего мифического зверя, он стал просто сильным, опытным воином, забравшим множество жизней. Он смело стиснул кулаки и попытался вновь ударить Джонатана.

Серебряная рапира упала на землю, задорно сверкнув напоследок. Владыке ночи больше не требуется оружие. Джонатан схватил северянина и рывком подтянул к себе, хватаясь ртом за пульсирующую шею. Зубы без труда разорвали плоть и владыка ночи замычал, с удовольствие осушая тело могучего северянина.

Десятки солдат окружили его, обеспокоено глядя на Рыцаря Линарис, меняющегося на глазах. Он перестал быть похожим на простого смертного.