Гном 2: Орден стражей

— Да всё вроде нормально, — Исашка почесал затылок. — Зима закончилась, тётку Овну увезли в замок, начинаем заново жить.

— Ясно, ну ладно, иди тогда, тебя, наверное, заждались там работяги.

Командор и эльфийка перешли на другую сторону деревни и подошли к дому тетки Клавьеты.

— Тетка Клавьета! — заорал Тахон во все горло, Вира скривила личико и закрыла ушки руками. — Ты дома?!

— Ну чего разорался, — женщина вышла из соседнего дома и подошла к командору. — Померла она незадолго до того, как снег кончился.

— От голода? — еле слышно спросил Тахон.

— О, нет, кормили ее каждый день, — ответила женщина. — Овна лично носила ей горячую еду, да и топили печку для нее специально всей деревней. Мы-то жили все в одном доме, чтобы дрова не тратить лишние. Туго было с дровами, видишь, все заборы посжигали, кроме тех, что спереди.

— От чего же?

— Да кто ее знает, во сне и отправилась к создателю, старенькая она уже была для человека.

— В деревне всё спокойно? — вдруг спросил Тахон.

Женщина замялась, посмотрела по сторонам и кивнула в сторону своего двора:

— Идем в дом, напою вас чаем.

Друзья зашли в соседский дом. Хозяйка заставила их вымыть руки и усадила за стол. Женщина жила в двухкомнатной избе, в одной кухня, во второй спальня. Вместо стены их разделяла большая каменная печь. Спальня хоть и была дальше от входной двери, чем кухня, но хозяйка почему-то называла ее передней. Видимо, оттого, что та была ближе к калитке. Женщина жила одна, муж ее давно помер. Единственный сын уехал в столицу в поисках лучшей жизни и больше не возвращался, ни письма, ни весточки.

Хозяйка налила в чашки чаю, взяла с тумбы тарелку с пирогами, накрытую полотенцем, и поставила на стол. Тахон взял один пирог, откусил половину и, дождавшись, когда на него никто не будет смотреть, закинул в рот вторую. Вира аккуратно откусила небольшой кусочек и долго его пережевывала.

— В деревне что-то происходит, — начала рассказ женщина. — Люди и гномы боятся об этом говорить. Все запираются в своих домах, как только начинает смеркаться, и до самого рассвета не высовываются.

— Расскажи поподробней, — перебил Тахон и взял еще один пирожок.

Женщина заперла входную дверь на кованый крючок, села за стол и продолжила рассказ:

— Недавно муж Барбосихи умер. Весь день пил настойку, а поздно вечером пошел на другой край деревни за добавкой. Продает там одна, да ты ее знаешь. Так вот, не дошел, напротив моего дома и помер. Нашли утром, на лице ужас и волосы все поседели.