Химеры чужих желаний

— Вызов профессионализму? — улыбнулся упрямому огоньку в ее глазах Ингвар.

Девушка несколько секунд молчала, потом же смущенно рассмеялась.

— Пожалуй. Хотя я уже пережила период, когда каждая неудача воспринималась как величайшая трагедия, и отлично знаю, что не все задачки можно решить. Хотя не люблю, когда бьешься-бьешься, а в результате ноль. Может, из-за неудовлетворенности этим результатом, но, скорее всего, из-за чувства бессилия.

«Зачем я это говорю?» — думала Анарил, но отчего-то не могла остановиться.

— У меня довольно мягкий характер, хоть и упорства не занимать. Порой, сталкиваясь с препятствиями, которых не можешь преодолеть, будь то в жизни или в профессии, невольно задумываешься: отчего так? почему не получается? Хуже всего, если у других получилось. Сразу начинаешь думать, что проблема именно в тебе, это ты плоха, неудачлива или недостаточно умна. — «Красива, успешна, достойна и так далее». Анарил не стала продолжать ни вслух, ни про себя, но этот список отличался удивительной длиной.

 — И думаешь, что слаба. Не мягкая, а слабая. И эту слабость начинаешь находить во всем. Во всех своих действиях и мыслях. В прошлом и настоящем.

— И будущее в опасности, — вставил Ингвар в небольшую паузу.

Он никак не ожидал, что разговор зайдет в такое русло. Он многое мог рассказать о слабости и бессилии. Трудности девушки были эмоциональные, житейские. И несмотря на их серьезность, прошлое жреца могло рассказать о куда более страшных неприятностях.

О настоящем бессилии. О настоящем отчаянии. О бездне, подойдя к которой на мир смотришь совсем иначе. Ингвар знал чувства, про которые говорила его собеседница. Однако после того, что произошло с ним однажды, он их уже не испытывал. Не потому, что не возникало поводов. А потому, что эмоции на подобное уже просто не рождались.

— Я говорю лишнее, да? — Девушка подняла на Ингвара бирюзовые глаза.

Жрец некоторое время молча смотрел на нее.

— Это ведь волнует тебя сейчас? Поправь меня, если я ошибаюсь, но сейчас это бессилие ты испытываешь по многим причинам, и эта стенка лишь малая их часть, если вообще имеет к этому чувству хоть какое-то отношение.

Ингвар был прав. Они оба это понимали. И понимали, что собеседник понимает.

— В нашей стране подобные чувства — почти норма. — Признаться, Анарил заговорила не о самом больном для нее вопросе.