Второй сын

Эту дорогую книгу даже его отец не мог купить – лишь арендовать, на время. Поэтому юноша старательно переписывал от руки, пытаясь, как и советовали ему, сокращать. Аккуратно пронумерованная стопка бумаги рядом намекала, что этим делом юноша занимался уже не первый день.

Громко хлопнула дверь, и в его комнату стремительно ворвалась красивая женщина в небесно-голубом платье. Однако, на ее лице виднелись слезы, а руки тряслись от волнения. Не говоря ни слова, она прижала голову Эрвина к себе. И громко зарыдала.

- Мам! Мама, погоди! Да что случилось?!

- Твой… твой родной брат, Ортвин, погиб… - сквозь рыдания выдавила его мать.

- Как? Как так?! Это… может быть, ты ошибаешься? Может быть, это неправда?!

Разум Эрвина отказывался поверить в этот чудовищный факт. Его родной брат, вечный весельчак… Тот, кто учил его ходить и читать… Тот, кто был гораздо ближе родного отца…

- Это правда. Его тело только что доставили. Неудачная охота…

- Нет! Это неправда! – Эрвин вырвался из объятий матери. – Кто угодно, только не Ортвин! Где он?!

Мать тяжко вздохнула, опираясь на письменный стол:

- Его только что занесли в большой зал…

Не дослушав, Эрвин сорвался туда.

Коридоры, лестницы… все было несущественным. Кажется, тогда он сбил двоих слуг, пока несся туда. Неважно!

Прямо в холле, на шкуре какого-то зверя, лежал Ортвин. Его брат. Необычная бледность, потеки крови на груди… Это был без сомнения, именно он – его лицо Эрвин узнал бы из тысяч, из миллионов!

Сжимая зубы, и изо всех сил сдерживая слезы, юноша отвернулся.

Отвернулся, чтобы не видеть одного из самых дорогих людей так… таким. И наткнулся взглядом на выглядывавшего из-за коридора Алмерика, его второго брата. От его эмоций тянуло удовлетворением. Взглянув, он скрылся. В ярости Эрвин кинулся к нему. Он догнал его, и заорал прямо в лицо, ухватив того за грудь:

- Почему ты такой довольный? Говори!

В тот момент его дар влияния на эмоции инстинктивно вышел на небывалую высоту. Наверное, именно поэтому Алмерик не отшутился ехидно, как он любил делать, а вполне серьезно ответил:

- Теперь у моего отца будет достойный наследник.

Я! А ты, мой глупый брат, теперь отправишься в Крепость. Вместо меня. И да, это я «помог» ему так удачно поохотится. Но ты ничего не докажешь…

Криво ухмыльнувшись, он разжал закаменевшие руки Эрвина, и ушел. А юноша остался стоять, оглушенный его словами. Смыслом в его словах. Ведь изначально именно Алмерик, как второй сын, должен был отправиться в Крепость.