Конфеты

Глаза открылись и начали мерцать разными цветами, пока не остановились на ярко красном.

Ага, повзрослела. Но аура сильнее не стала.

– Эволюция? – спросил я.

– Н-нет, я не слышала гласа об изменениях, – произнесла тем же голосом Снег, а в её ауре начала проступать ненужная мне эмоция страсти.

Я молча подошёл, надавил на подбородок, её уста открылись, я бросил туда небольшой шарик бордового цвета.

– Не жуй, просто проглоти, – произнёс я.

Снег молча выполнила требование, а её аура в тот же миг потеряла оттенок пробуждающейся страсти.

– Горько, привкус крови, но мне почему-то не нравится, – пробормотала повзрослевшая зелёная и начала отплёвываться.

– Понятно, но пока потерпи, – проворчал я.

С собой я носил эту штуку давно. Это был один из моих планов против «проклятья Лилит», добытый из книжки. Правда, там подобное предназначалось орчихам-жёнам после смерти мужа для утоления похоти. Использовалась черта, что самки орков имеют некоторые черты вампиров, то есть сильную чувствительность к крови.

При этом рецепт был достаточно прост: кровь, некоторые сорные травы и любой наполнитель (сахар, тесто или что-то ещё, не более 40% массы).

Всего было три рецептуры. Я использовал для наполнения успокоительные травы, похоже, это стало ошибкой. Снег – привередливая жёнушка. А для добровольного приёма нужно сделать что-то не слишком эффективное, что она попробует не принимать без надзора, пока я не вижу, а что-то вкусное, но не слишком, иначе сгрызёт запас без меры.

С этими мыслями я вернулся в поместье, помылся, поел и лёг спать.

Проснулся я посреди лунного света, что озарял нагую деву с блестящими красными глазами.

Если ранее Снег, в отличие от орчих в племени, молодое тело Олежи не интересовало, то сейчас реакция была мгновенной.

А вот мне было не до этого. Я взмахнул рукой, воздушные ленты покрыли тело повзрослевшей особы, буквально спеленали её.

– Ты всё-таки как-то избавилась от пилюли успокоения? – спросил я девчонку, бьющуюся под действием своей разгорячённой крови.

Хотя взгляд был безумный, словно у животного в брачный период. – Понятно, надо изготовить новую порцию, которую не захочется выплёвывать. А пока… – я рассёк руку вдали от вен и приложил раной к устам орчихи.

Приказа не потребовалось, та присосалась, словно комар или пиявка.

Я выждал, пока её аура утратит красный цвет страсти.

Тьфу, розовый. Влюбилась во вкус моей крови, дрянь? Вампирша недоделанная!

Сама отцепилась, голова запрокинулась, и она засопела, уснув.