Восхождение Примарха

Игорь Державин оповестил Вяземского, что хочет с ним увидеться в загородном клубе и обсудить один важный момент. Тот сразу же согласился, чем вызвал некоторую оторопь. Не станет человек, чувствующий за собой вину, так легко идти на контакт.

Дверцу министру открыл служащий клуба.

— Ваше сиятельство, вас ждут в чёрно-белой комнате, — церемонно проговорил он. — Проводить?

— Спасибо, сам справлюсь, — ответил Державин, поднимаясь по ступеням в особняк.

«Интересно, интересно, — думал он про себя. — Чёрно-белая комната означает партию».

В клубе было множество комнат, и некоторые из них самой своей обстановкой несли смысловую нагрузку. В бордовой выявляли излишнюю благосклонность той или иной дамы, в синей решали вопросы чести, в зелёной улаживали финансовые проблемы.

В чёрно-белой играли в шахматы.

— Рад приветствовать вас, Игорь Всеволодович, — Илья Святославович привстал с занятого кресла, располагавшегося напротив небольшого столика.

Далось ему это не очень легко, так как он был полной противоположностью самого Державина, фигурой своей больше напоминая шар, нежели человека.

А вот лицо сохраняло определённую живость, заплыв жиром лишь в районе подбородка. Все знали, что это последствия длительной болезни, с которой мужчина боролся всю свою жизнь, а не чрезмерности в пище. Поговаривали, что вызвана она каким-то страшным проклятием, так как ни один лекарь-маг так и не смог помочь ему.

— Моё почтение, Илья Святославович, — отозвался министр, проходя в середину комнаты и присаживаясь напротив оппонента.

— Какими предпочитаете играть?

— Предпочёл бы теми, что не скрывают своих намерений.

Вяземский, не отрываясь, смотрел на министра, приподняв бровь.

— Полагаю, тут все такие, — ответил он спустя некоторое время.

В некотором смысле игра уже началась, и оба мужчины в неё включились, хотя фигуры на шахматной доске всё ещё находились на стартовых позициях.

— Тогда давайте чёрными, я же приехал позже.

— Нет-нет, — запротестовал Вяземский. — Я тут по вашей просьбе, вам и начинать.

Он повернул шахматную доску с расставленными на ней фигурами так, что белые фигуры, выполненные из слоновой кости, оказались напротив Державина.

— Что ж, будь по-вашему, — ответил тот.

И тут же продвинул на пару клеток вперёд королевскую пешку.

— Лихо, — улыбнулся толстяк. — Отвечу по классике, — и двинул свою такую же.

— Скажите, зачем вам младшая фигура моего рода? — министр решился на практически прямой вопрос.