Возвращение Ворона

Я пришёл восстановить доброе имя тех, кого ты оговорил в глазах нашего Государя и Великого Князя, — на этих словах я поклонился в сторону Кремля, большинство зрителей повторило мой жест.

— По правилам поединка я требую вернуть мне все усадьбы и всё имущество которое обманным путём было получено у моего старшего брата и моей матушки. Я требую не только вернуть. Я требую чтобы ты признал обман и принес извинения моей матушке и членам моей семьи.

Горе побежденным. Жаботинские смирились. Толпа слушала, а я продолжал:

— Я требую возврата всё и незаконной приобретённой собственности другим семьям.

В толпе двое выкрикнули

— Есть!

— Есть!

Я посмотрел на них, а потом перевел взгляд на Жаботинского.

— Я требую, чтобы всех кого ты оговорил, перед Великим Князем были оправданы. Ты пойдёшь и скажешь правду Государю. Ты пойдёшь и скажешь, что это твой младший брат открыл портал, через который на территорию столицы прорвались вайты? — Жаботинский молча истекал кровью, опустив голову и стоя на коленях.

— И которых мы с наставником убили и загнали обратно портал. Выбор у тебя невелик или смерть, или проси пощады и принимай мои условия.

Толпа вокруг загудела.

Те, кто делали ставки на Жаботинских разочаровано, в сердцах, скидывали с себя шапки на землю.

Они причитали и кричали, что победа Воронова недействительна, что это договорняк. Что схватка подстроена.

Но букмекеры хорошо знали, что они не смогут опротестовать результат и отказать в выплатах.

Другие, занимавшие нейтральную позицию или болевшие за меня спорили с первыми, доказывая что это была чистая победа.

Кто-то раздосадованный результатом поединка начал кричать, чтобы я убил Жаботинского.

Толпа громогласно подхватила:

— Убей убей убей!— эхом разносились сотни голосов над Красной Площадью. И вдруг старший Жаботинский, глава Рода, опустил глаза и тихо произнес:

—Пощады...

Я не расслышал, но понял прочтя по губам.

— Что? Я не слышу! Громче! — я улыбнулся

Отец встал подошел к Лобному Месту и громко выкрикнул:

— Пощады!

Ему вторила его жена, мать братье Жаботинских.

— Пощады! Пощады! Мы всё выплатим, мы всё вернем! Прости нас Илья!

Отец Жаботинских развернулся, выставил указательный палец на жену, и нахмурив брови, гаркнул на неё.

— А ты молчи дура!

Я перевёл взгляд на Федора Жаботинского.

— Ты согласен со всеми условиями?

— Да..., негромко ответил он.

— Тогда я забираю коня.