Андервуд. Том 1

— Можешь проверить, — без какой-либо агрессии ответил он отметеленному красавчику.

После некоторой паузы, когда они уже покинули стоэтажный сталогмат и двигались в восточную часть города, Ганс задумчиво спросил.

— А научишь меня также драться?

— Что предложишь в ответ? — Ник не собирался его учить, да и цели сейчас как бы другие: нужно обменять камень жизни на экоины и забурится где-то в благополучном районе, пока не стихнет шумиха.

— На мечах также умеешь? — спросил он вдруг, показывая подбородком на клинок, что приходилось таскать без ножен.

— Не-а, — просто ответил Ник.

— Ну, тогда по рукам?

Он даже остановился о неожиданности и вновь присмотрелся к несуразному Гансe.

— Ты будешь учить меня фехтованию?

В его вопросе, видимо, было столько скептицизма, что собеседник огрызнулся.

— А что не похоже, что я умею?

— Нет уж, — отмахнулся Ник, — обойдусь как-нибудь, — в парне что-то такое виднелось да, но он не профессиональный воин, что, впрочем, скоро и подтвердилось.

— Ну ладно, не я — отведу тебя к своему учителю. Я у него единственный ученик. Признаться, колотит он меня ещё как. Я бы не отказался от соперника своего уровня.

А вот это уже заставило Ника задуматься.

— Идём, будет весело, — расплылся в улыбке новый знакомый. — Он мировой мужик, и комнату тебе сдаст.

Последнее окончательно его убедило, и Ник согласился.

— Хорошо, веди к своему сенсею.

Глава 5. Учитель

Ник думал, что они пойдут в сторону приличных домов, но всё повернулось совсем наоборот — они шли на границу с крысиным округом.

Это был частный дом на окраине со своей огороженной территорией. Вместо забора торчал всякий хлам: хитиновые части монстров, плоские кости размером со взрослого человека, вкопанные в землю, а также натянутая на металлические штыри старая кожа саламандр. Последнее вообще никак не защищало от посторонних посетителей.

По углам частокола были навалены груды камней в виде башенок. Создавалось ощущение, будто это домик из деревенской вымершей глубинки, где половина мужиков — деды лет под восемьдесят, а вторая нещадно бухает.

Ник сморщил нос — это обычные трущобы, где он провёл большую часть здешней жизни. Что-то не похоже на элитную школу прославленного мастера боевых искусств. Справедливости ради внутри царила чистота.