Восход Алой Звезды

Правительница Империи поднесла ладони к телу Скалу, с них полился голубой свет. Очень долго, не меньше часа она водила руками вдоль и поперек, изучая ци одного из лучших воинов. Бывшего воина.

Мэнг не представлял, кого можно послать еще против мерзости и ее ручной ящерицы, положивших целый отряд.

Жертвовать более слабыми цуанями не имеет смысла, они ничего не добьются, зато враги увидят слабость государства...

Отправиться на поклон к Бао Свирепому? Теперь главный надзиратель не считал это такой глупой затеей.

Есть вероятность, что сумасшедший древний прислушается к мольбам о помощи и не оторвет голову сразу.

Таких как он единицы на всю Империю, обычно цуани не живут дольше пятидесяти-шестидесяти лет из-за опасностей, с которыми постоянно сталкиваются.

Чем больше сражается и убивает цуань, тем активнее растет его сила. Бао вместо пяти десятилетий умудрился протянуть аж пять сотен, разумеется, века кровопролития, непрекращающейся резни пагубно сказались на его рассудке.

Ста восьмидесятилетний Юн Скала выглядел по сравнению с ним образцом благоразумия.

А может... благоразумие погубило Скалу? Он оказался чересчур предсказуем, действия Бао нельзя предугадать.

-Тебе никак не помочь, -вынесла вердикт Голубая Императрица. -Изначальная ци вместе с духовной эссенцией поглощается неизвестной мне силой, она крайне агрессивна и противится любой попытке изгнать ее из тела. Ты обречен.

На глазах цуаня выступили слезы. Несгибаемый Юн Скала окончательно сломлен.

-Тогда... добейте меня, госпожа, молю вас.

-Всему свое время. Я должна понаблюдать за тем, как ведет себя эта порча, лучше понять ее.

-Я чувствую, как гнию заживо.

-Терпи и утешай себя мыслью, что в итоге ты будешь отмщен.

Голубая Императрица покинула комнату, а вслед за ней последовал главный надзиратель Мэнг.

-Угроза серьезнее, чем мы думали, -озвучил он очевидный факт. -Советую привлечь Свирепого.

-Раз мерзость хочет сразиться со мной, она получит желаемое, -правительница проигнорировала слова начальника Очей. -Пускай приходит сюда.

-А вдруг тварь решит продолжить бесчинства на нашей земле? Люди не поймут такого, подумают, что вы их оставили. Наместники станут задавать неудобные вопросы... и хорошо, если дело ограничится вопросами, а не бунтами.

Полубогиня поморщилась. Она не терпела, когда ей перечат и озвучивают неприятные истины. Впрочем, работа Мэнга как раз заключалась доносить Императрице все без прикрас, лизоблюдства.

-Они не посмеют.