Восхождение Примарха - 2

На деле всё это выливалось в многодневные загулы Его Императорского Величества среди черни. От фразы: «Царь хороший, это бояре — плохие», — до сих пор у половины безопасников волосы дыбом встают.

— И вы не смогли этому воспрепятствовать? — удивился Сергей.

— А каким образом? Или ты решился бы императору противоречить? Он же поздний ребёнок, на престол совсем юным взошёл. Ну и давай весь свой пыл показывать. Да нам-то что? Ежели кто с дурными намерениями, того уже не находили, тут всё ясно. А как барышня на монархе нашем, словно на жеребце, скачет? Это к непосредственным опасностям никак не относится, понимаешь?

— Понимаю, — Скуратов был явно озадачен.

— Но разве нельзя было их потом... того...

— Чего «того»? — Разумовский снова разговаривал с Сергеем, как с маленьким. — Барышни ведь не виноваты в том, что их император заприметил. Не убивать же их. Нет, ну, во-первых, презервативы никто не отменял, а, во-вторых, если кое-где чего порой, то девушки принимали специальные лекарства. Одним словом, следили мы, чтобы бастардов не было.

А тут, видать, прозевали.

— Ну и хорошо, — сказал Скуратов. — Что с ней делать-то будем?

— Пока не трогай, — распорядился Разумовский. — Это наш козырной туз в рукаве.

* * *

Проснулся я от хозяйского стука в дверь. Пришлось быстро вскочить и натянуть штаны с нижней рубахой.

— Да-да, войдите, — сказал я, усаживаясь на кресло.

Дверь отворилась, являя собой шикарный букет, составленный из различных цветов. Я лично узнал герберы, хризантемы, альстромерии, гортензии.

Названий остальных цветов я не знал или забыл.

Вслед за букетом в комнату вплыла бабушка.

— Белла, право слово, не стоило так, — проговорил я, прекрасно понимая, что эта попытка пошутить может мне дорого обойтись, но меня уже было не остановить. — Я не привык к ухаживаниям.

— Что?! — на секунду опешила Донатова. — Шокку... Дурак, это не тебе, а принцессе! — я расхохотался. — Ты меня разыграл, поганец мелкий! Аха-ха! Я, значит, там доставку с самого утра заказываю, понимая, что мой внук — стопроцентный мужчина и даже не почешется.

А он тут решил разыгрывать Беллу! — она погрозила мне пальцем. — Я это запомню и обязательно отомщу!

— Не ругайся, — сказал я, принимая цветы.

А затем, подчинившись внутреннему порыву, чмокнул родственницу в щёчку.

— Спасибо тебе огромное, Белла, — продолжал я. — Без тебя бы я действительно забыл бы про цветы. А, может быть, и про принцессу.

— Давай, собирайся и дуй в аэропорт, — улыбаясь, проговорила бабушка.