Попаданец в бога. «СВАРОГ»

- Ну и что мне с ней теперь делать? — спросил я у него.

- Да что хочешь, то и делай. По всем астральным законам сферы миров, она теперь собственность, спасшей её от смерти божественной сущности. Так что даже пожелай ты её прямо сейчас же прирезать, или, к примеру, изнасиловать особо извращённым способом, вселенское равновесие даже не шелохнёт своими весами кармы, чтобы за это тебя каким-то образом наказать.

- Да не хочу я её насиловать особо извращённым способом — громко заявил я, и в этот миг до сознания дошло, что она слышит и видит только меня.

Среагировав на мои слова, девушка изумлённо на меня уставилась и упёрла сжатые кулачки в бока.

- Эй! Обгорелый уродец, это кто тебе ещё позволит здесь себя насиловать?! — грозно изрекла девица и упрямо выпучила нижнюю губу. И в этот самый момент я совершенно неожиданно уловил в её тоне, большую толику праведного возмущения, как не странно основанного на высказанном в лицо нежелании совершить с ней насильственный акт.

- Я же говорю, с этими бабами ни хрена ничего не понятно.

Насилуешь их — плохо, не насилуешь — ещё хуже. Воруешь у ненавистного папочки и привозишь к себе в горную лабораторию — плох. Отвозишь назад, наслушавшись истерик — совсем плох вдвойне. — скороговоркой проворчал Парацельс и я показал ему кулак.

- Заткнись! — рявкнул я, и девушка, среагировав на мой окрик, возмущённо фыркнула.

- А ты голодранец заморский меня здесь не затыкай — прорычал она и в этот момент снаружи снова раздался тревожный грохот барабанов, подающих какой-то новый сигнал войскам вторжения.

Глава 8. Первая кровь

Среагировав на изменившийся ритм барабанов, я прыгнул с места, зацепился за край проёма и подтянувшись, вернулся внутрь надстроенной башенки. За время моей вынужденной отлучки, диспозиция противника почти не изменилась. Однако некоторые новые вводные, дали возможность догадаться о его намерениях.

Лысый холм оказался полностью оккупирован всадниками на верблюдах и степняками.

А вот каменных идолов на нём поубавилось. Изваяния бога мастеров и бога воины, валялись на земле под холмом. Статуя богини матери лежала рядышком. А высокого идола двуликого бога, прямо сейчас обвивали толстые канаты, и их тянула упряжь их шести ящеров.

Понукаемые воинами в белом, ящеры рыхлили землю когтистыми лапами, но идол упирался ещё какое-то время, и поддался только после того, как его вкопанное на треть основание вылезло из земли.