Морозов. Истинный маг.

Караван должен был прибыть ещё на рассвете, они опаздывали, видимо, что-то у них случилось в пути. Я не переживал на этот счёт, не было ещё такого, чтобы торговцы вообще не приехали: у них и артефакты, насколько я слышал, добротные есть и охрана приличная должна быть, если судить по предыдущим их визитам. Постепенно народ стягивался к площади, все ждали караван. Я забрался на стену с восточной стороны, поглядеть, близко ли они. За лесом их, конечно не видно, если бы не одна важная деталь: Одна из повозок торговцев механическая, ее смастерили по образу паровозов, и работает эта повозка от твердого горючего топлива, а оттуда и дым из трубы.

Вот по тому дыму, поднимающемуся над деревьями и можно определить, как далеко они находятся. Я этого поначалу не знал, Прохор об этом рассказал, он здесь давно служит.

А вот собственно и он, вышел из двери башни. Он искал взглядом меня. А за ним и солдаты моей бывшей роты поплелись. Они всё ещё выходят. Они что, всей ротой сюда притащиться решили?

— Готовитесь к отъезду, Михаил Андреевич? — сказал сержант, когда подошёл достаточно близко.

— Да, Прош, — ответил я, взглянув мельком на него. — Тут я перезимовал, пора двигаться дальше. А вот, кстати и караван.

Я указал в сторону только показавшегося дымка, мелькающего над верхушками деревьев.

— Михаил Андреевич, — сказал один из солдат роты, Артём. — Так может, посидите с нами на дорожку в харчевне? Всё равно караван ещё час-другой торговать будет, прежде чем они отправятся дальше.

— Так я и собирался сделать, Тёма, — ответил я ему, а в голове мысленно прикидывал, успеем ли мы такими темпами дотемна куда-либо добраться, или заночевать где придётся. — Так и собирался...Ну, пошли? Чего на стене стоять, ждать с моря погоды?

Мы всей ротной толпой спустились со стены в харчевню, где и провели последние мои часы в Тюменцевской рудной крепости. По роте видно было, что они не хотели меня отпускать. Это не раз вынуждало меня задуматься, насколько ж плохи были мои предшественники.

Когда я прибыл сюда и познакомился с ними, по их лицам видно было, что они не поверили, что я уже ветеран резни под Малиновским бугром. Да, именно так назвали данное событие. Наслушавшись слухов и историй, они рассчитывали увидеть сурового дядьку со шрамом на пол лица, а увидели девятнадцатилетнего парня. Но они быстро изменили своё мнение, когда я разжаловал заместителя командира, из своих соображений. Но нет, меня не стали бояться.