Равновесие Сил

Возможно, все его чувства в тот момент уже были мертвы, и он видел только врага, но с ответом он не замедлил. Сплюнув в сторону, он хрипло промолвил:

̶ Рабом станешь здесь ты…

Все, кто наблюдали за происходящим, взвыли. Орки ревели, чувствуя кровь вождей. Сын против отца, сила на силу, свобода против безумства, но сейчас об этом думали лишь единицы, всех обуревал звериный инстинкт сражения, который пьянил их и превращал в неистовых зверей.

Вождь ринулся на противника, с каждым шагом набирая скорость. В этом поединке бились голыми руками, до смерти.

Не было пощады или же иного исхода, только смерть.

Гор-Дрогон двинулся навстречу. Он был гораздо меньше своего отца, но выглядел очень воинственно и уверенно. Орки сшиблись в центре. Военный опыт был на стороне отца. Тор-Горон ушел от удара и с резкого разворота обхватил талию соперника и рывком швырнул его через себя. Упавший, вскочив, тут же получил удар ногой в лицо, тем самым снова оказавшись на земле. Толпа кричала и ликовала, оркам это было по душе. Их вождь чувствовал, как эти крики берут над ним власть, как ему это нравится.

Он отвлекся от того, кого не так давно называл своим сыном, и зря. Резкий удар в челюсть сломал клык, оторвал от земли ноги. Боль, которая хлынула в голову, как лезвие ножа входит в плоть, не давала отключить сознание. Тор-Горон почувствовал, как он на какое-то мгновение завис в воздухе и как по его подбородку стекает кровь.

Встал он быстро, но его не били сразу. Противник стоял и ждал, он показывал ему свою силу и превосходство, это рвало его гордость на части.

Ярость затуманила глаза вождя, и та тактика, что была в начале поединка, улетучилась. С рыком он летел на врага, но все было безуспешно, Гор-Дрогон уходил от ударов, выматывая соперника. И снова боль ожгла тело, туман плыл в глазах, он пытался найти того, кто бил его, но годы выучки сына не прошли даром, умения были направлены против учителя, подсознание начинало говорить о худшем.

Удар, удар, еще удар. Руки опускались, один глаз перестал видеть, возможно, его уже просто не было, пыль стояла столбом, и лишь силуэт различал Тор-Горон, силуэт своего сына, который доказывал своему народу, что он достоин быть вождем по праву сильнейшего.

Вождь единых кланов, великий Тор-Горон стоял на одном колене, его лицо было в крови, из пасти торчал обломок клыка. Сейчас уже не было ярости, которая обуревала его сначала. Уже не было никаких мыслей. Тень, что нависала над ним, была отражением его чести, которая сохранилась в его сыне.