Страж Кодекса. Книга II

— Тебе нельзя сюда!

— Тима сказал, что ты будешь здесь! Я хотела помочь! — обиженно выдала она, поглаживая нос, которым врезалась в мою грудь.

Позади раздались крики Нола и его шайки. Они вот-вот будут здесь.

— Твою же ж мать! — быстро схватил я девчонку за руку и засунул её в мусорный бак. Вонь стояла страшная, но деваться некуда. — Вот, держи! Передашь парням! И вот это тоже!

В руках девочки оказался горячий хлеб и худой кошель с несколькими монетами, который я стащил у Нола.

— Поняла?!

— У-угу… — перепуганно ответила она, прижав ношу ближе.

— Постараюсь оторваться от них, — начал я закрывать бак, смотря в её чистые глаза цвета изумрудов. — Как уйдут, вылезай! Встретимся в убежище!

Тупо, наверное, было доверять ей, ведь я даже имени её не знал. Она как-то называла его, но оно вылетело у меня из головы. Мы с парнями звали её просто Снежинка из-за цвета волос, которые из-за жизни на улице становились с каждым днём чернее от грязи. Но лучше уж так. Руки освободятся и хотя бы смогу…

— Вот ты и попался! — оскалился Нол, вылетевший из-за угла переулка.

— Хорошее предложение, — смахнул я пот со лба и улыбнулся. — Но я, пожалуй, откажусь.

— Взять его! — рыкнул жирдяй, отдав приказ.

Я вновь сорвался на бег, но спустя ещё два переулка мне не повезло. Всё же времени на мелкую потерял изрядно.

Удар деревянной битой от одного из прихвостней Нола был неожиданным. Голову прострелила неимоверная боль, и я свалился на грязный камень.

— Добегался, молокосос!

Удары сыпались один за другим, а когда подоспел жирдяй и ещё один его дружок, то их стало больше. Меня забивали прямо в переулке, а проходящие мимо люди либо делали вид, что не видят, либо замечали и поскорее сваливали. Даже стража не остановилась, безразлично мазнув по мне взглядом.

Грубо схватив за грязную рубаху, Нол поднял меня с земли и придавил к стене дома. Его нож оказался прямо у моего горла. Холодная сталь обожгла кожу, а в нос ударило спёртое дыхание гнилозубого жиробаса.

— Где деньги, падаль?! Куда скинул?! — рычал он, яростно прожигая меня взглядом.

Нож слегка порезал кожу, и мелкая дорожка крови потекла по шее.

— Какие деньги? — криво хмыкнул я. — Был только хлеб. Я вообще не знаю, зачем вы погнались за мной.

Говорить пересохшим горлом было нелегко, особенно, когда к шее ещё и нож приставлен. Сердце билось так, что вот-вот могло вырваться из груди, а ноги изнывали от усталости.