Враг престола

Сливовые синяки переходили в засохшую корку кровавых ссадин.

– Я был неосторожен, – ответил Рон, потупив глаза, – и упал.

По-деревенски простой и честный, он не умел врать.

– Ладно, пойдём, – сказал Локвуд, и они исчезли в доме.

При этом ключник заметил, что ещё пара головорезов сторожит крыльцо фамильного гнезда Олдри. Что же, во имя Древних, здесь происходит?

– Адам просил отвести вас к нему, как только вы появитесь, – шепнул Рон так, чтобы его мог расслышать только ключник. – Он на втором этаже в своей комнате.

Несмотря на то что Адам фактически стал новым виконтом, молодой конюх всё равно называл его по имени. С детства они были друзьями и росли вместе.

– А где госпожа?

– В библиотеке, но к ней сейчас лучше не ходить. Она не одна.

– Напои и почисти мою лошадь, – велел Локвуд, – а я поговорю с молодым господином.

Он забрал масляный светильник и поднялся на второй этаж по старой деревянной лестнице. Сухие ступени часто скрипели под ногами чужаков, но ключник знал эти доски как свои пять пальцев и ступал по ним абсолютно бесшумно.

Оказавшись у знакомой двери, ведущей в покои Адама, он с удивлением обнаружил, что она заперта. Дважды постучав, Локвуд тихо позвал:

– Господин, вы у себя?

– Наставник? – послышался приглушённый голос Адама с другой стороны двери. – Пожалуйста, скажите, что они не забрали у вас ключей.

Локвуд уже снял нужный ключ с кольца и как раз вставлял его в замочную скважину. Когда дверь отворилась, Адам тут же обнял своего учителя, словно тот был самым дорогим человеком на свете.

Мгновение слабости, которую позволил себе молодой лорд, выпустив наружу того беззаботного мальчика, которым был когда-то.

– Милорд, объясните же мне, что здесь происходит?

– Это я виноват. Всё началось, когда Пуль, получив отказ от матушки, предпочёл вернуться домой вместе со своими людьми. Подумать только, а я-то считал негодяем его, в то время как истинная опасность исходила от Веточа!

– Веточ? – удивился Локвуд. – Это его люди там, снаружи?

– Да.

– Зубы Адама сжались. – Мерзавец превратил нас в заложников, вынуждая маму выйти за него.

– Я видел Рона, – вспомнил Локвуд. – Их работа?

Адам кивнул.

– Он и мне угрожал. Думаю, только из-за мамы они пока ничего не сделали… – Кулаки его сжались. – Проклятье! Я проткну его чёрное сердце!

Юноша рванулся в коридор, но рука наставника удержала его.

– Не порите горячки, милорд. – Локвуд побледнел, но сохранил самообладание.