Враг престола

Веточу странно было видеть этого обычно жизнерадостного и жестокосердного человека таким растерянным.

– Как мёртв? – спросил он. – Что ты несёшь?

– Нашли только что у кузницы, – растерянно ответил громила. – Отошёл, стало быть, он по нужде да и пропал. Пошли искать, глядим: лежит в траве, голова проломлена и мозги наружу.

– И что, никто ничего не слышал?

– Не слышал, – повторил Малахай слова хозяина, пожав широкими плечами.

– Если это кто-то из твоих… – начал Веточ, но не успел закончить, потому что снизу раздался дикий вопль, оборвавшийся резко, будто его обрубили топором.

Малахай схватился за притороченный к широкому кожаному поясу меч. При этом кольца его длинной кольчуги звякнули, как крохотные колокольчики.

– Иди разберись, что там, – дрогнувшим голосом велел ему Веточ.

Здоровяк исчез, после чего на первом этаже послышался грохот и встревоженные крики телохранителей купца.

Сверкнула молния. Раздались глухие удары дождевых капель в толстые деревянные ставни, закрывающие окна.

В детстве Веточ видел, как человека убило молнией, а потому он никогда не любил такую погоду. К северу от Мать-озера её всегда называли «гневом богов».

Гром совпал с новым истошным криком, сотрясшим первый этаж дома. Где-то заплакал ребёнок. Это была маленькая дочь виконтессы, которую то ли напугала гроза, то ли разбудила суматоха, творящаяся внизу.

Звон стали свидетельствовал, что в доме шёл бой.

Явное нападение, но кто это был? Неужели мальчишка? Один? Немыслимо! Почему никто не видел, как подкрался враг? Может, это орки? Нет, обычно они действуют гораздо грубее. Хотя кто их разберёт – может, теперь поумнели?

Наконец всё стихло. Возбуждённые крики людей, звон стали, грохот падающей мебели. От звенящей пустоты Веточа отделяла лишь тревожная завеса из звуков грозы и нестерпимо давящего на уши детского плача.

Сжимая в руке бронзовый подсвечник с жёлтой, оплывшей свечой, купец сделал несколько неуверенных шагов по тёмному коридору.

На лестнице раздались тяжёлые шаги. Им вторил зловещий скрип старой древесины. Кто-то поднимался наверх. Безмолвно, как мертвец.

– Малахай? – позвал Веточ, но ему никто не ответил.

Между тем стук сапог по ступеням продолжался, пока на верхней площадке лестницы не появился тёмный силуэт.