Враг престола

Звериное чутье мужчины подсказывало ему, что крепость её сердца уже была окружена, но всё ещё не собиралась сдаваться.

Выхватив из-за пояса кинжал, Зора приготовилась пустить его в ход, но её запястье перехватила здоровая рука Оша. В следующее мгновение рыжеволосая бестия оказалась на земле. Сталь клинка брякнула о гальку ручья.

Спина Зоры выгнулась, как натянутый лук. Глаза закрылись. Дыхание стало частым и прерывистым. Она содрогнулась всем телом, после чего зубы её наконец разжались. Языки встретились, сплетаясь в сладостном танце вожделения.

Оторвавшись от губ девушки, Ош скользнул мимо точёного подбородка, припав к смуглой шее. Над ручьём раздался задыхающийся стон наслаждения, тут же смешавшись с игривым журчанием воды.

Как и тогда, в день их первой встречи, аромат Зоры опьянял его.

Неожиданно Ош почувствовал на себе крепкую хватку её мускулистых бедер. Тонкие пальцы вонзились в его плоть. Обнаружив в себе неожиданную силу, рыжая дикарка перевернула Оша на спину, оседлав его, как ретивого скакуна.

На какое-то мгновение орку показалось, что сейчас рука девушки метнётся к кинжалу и холодная сталь клинка с немой готовностью вонзится в его тело, но этого не произошло. Она вернула ему поцелуй так, как это могли сделать только орки. Объединяя в себе жёсткость и нежность, прикосновение её жадных губ взволновало его и без того разгорячённую плоть. Желание переполняло его, чуть ли не выплёскиваясь через край.

Сердце гулко стучало в ушах. Ош нащупал кожаную шнуровку её одежд, и пальцы сами собой принялись распутывать узлы, отделяющие его от вожделенного жара нагой кожи.

Прикусив губу Оша, она почувствовала на языке железный вкус его чёрной крови. Ноги её напряглись ещё сильнее, сжимаясь в порыве страсти.

Быстрее. Больше. Крепче. Жарче.

Острые зубы рыжеволосой фурии впились в шею. Ош почувствовал причудливую смесь боли и наслаждения. Она желала его. Желала так сильно, что обычного поцелуя ей было недостаточно.

Справившись наконец с проклятым шнуром, Ош сорвал с неё боевое одеяние, обнажая подтянутую грудь. Налившись желанием, она стала упругой на ощупь.

Припав языком к пылающей плоти, орк вновь завладел инициативой, обрушив Зору на мокрую гальку. Его нежные, но настойчивые прикосновения заставили её извиваться, подобно дикой кошке. Кольчуга упала на землю.