Враг престола

В конце концов, она давно стала частью дома Редклиф и навсегда покинула отчий дом, переехав в замок мужа.

Родители сговорили их задолго до того, как молодые познакомились. Это не было любовью с первого взгляда. Союз казался обречённым на крах, но, пройдя огонь и воду, супруги внезапно нашли утешение и опору друг в друге.

– Ты примешь верное решение, как делал это всегда. – Обхватив мощную руку мужа, герцогиня потянула его в сторону ложа. – Надеюсь, у тебя ещё остались силы, мой страж?

Он обхватил тонкую талию супруги, в очередной раз поддавшись её очарованию.

Спустя столько лет совместной жизни эта женщина всё ещё могла раздуть в нём огонь желания.

* * *

– Туже давай. Не надо меня жалеть.

Когда они оказались наедине, Зора наконец позволила Оша себя перевязать. Боевое возбуждение прошло, оставив после себя послевкусие из боли и усталости.

После нападения пожирателей Малькольм Редклиф вместе с передовым отрядом отправился осматривать южную стену. Это освободило часть конюшен, где и разместили отряд орков.

Хуже, чем в замке, но гораздо лучше, чем на улице. Ошу с Зорой достался обособленный сарай, где их никто не беспокоил. По деревянной крыше монотонно барабанил дождь.

– Почти всё, – сказал Ош, затянув последний узел.

Смуглая спина девушки была исчерчена старыми шрамами. Кое-где виднелись свежие синяки и ссадины. Впрочем, от этого она не становилась менее привлекательной в глазах Оша.

– Не надо за меня так переживать, – сказала Зора, натягивая рубаху. – Я не маленькая.

– Да, я знаю, – вздохнул Ош и посмотрел в окно, где капли дождя разбивались о каменную мостовую, сливаясь в ручьи. – Просто…

– Просто что?

– Последние дни оно часто снится мне. То поле. Особенно в дождь.

Рука орка нащупала рубец на груди.

– Мы уже говорили об этом. Ты выжил. Это всё, что имеет значение.

Конечно, Зора была права, но Оша не покидало смутное беспокойство, которое он едва ли мог выразить словами.

– Я должен был умереть там. Люди обычно говорят: «На той стреле было моё имя».

– Но ты не умер. Чего же ты боишься теперь, глупый орк? – Она попыталась улыбнуться, но в голосе всё равно прозвучала тревога.

– Я боюсь за тебя, – признался Ош, глядя в дождь. – Всегда боялся. С нашей первой встречи.

– Дурак. – Она прислонилась к его спине, обхватив торс сильными смуглыми руками. – Какой же ты дурак.

Ош глубоко вздохнул, собираясь с мыслями. Ей не понравится то, что он собирается сказать.